Вход

Контакты и реквизиты

Адрес: Чувашская республика, г.Алатырь, пл.Октябрьской революции 1

E-mail:

Банковские реквизиты:
Местная религиозная организация
православный Приход храма Рождества Пресвятой Богородицы
г.Алатырь Чувашской Республики
429800 Чувашская республика, г.Алатырь, пл.Октябрьской Революции 1
Расчетный счет №40703810475070100107
Корр. счет №30101810300000000609
БИК 049706609 ИНН 2122002312
в Чувашском ОСБ 8613 г.Чебоксары
с пометкой "для Фонда"

Новости Православие.Ру

Истоки

"Истоки" на Омской земле
Рейтинг:   / 0

В период с 28 июля по 3 августа 2019 года на Омской земле состоялась IV всероссийская сессия «Социокультурные истоки»: «Священные рубежи Святой Руси». В работе сессии приняло участие более 260 человек из Омской области, разных городов России. В Омск приехали педагоги-истоковцы из Москвы, Вологды, Великого Устюга, Алатыря, а также гость из Соединенных Штатов Америки – Воскресенский О.В., соавтор учебника по Основам Православной Культуры в России.  

В Омске  познакомились с Истоками еще в 2007 году, но программа не закрепилась в школах области. Педагоги отмечают, что готовы работать по программе «Социокультурные Истоки», что она очень актуальна и необходима, так как каждая тема ориентирована на положительный опыт ребенка, его семьи, близких и побуждает к добрым поступкам. Но, к сожалению, одного желания педагогов недостаточно, крайне важна поддержка со стороны руководства системы образования. 

Задача истоковских методистов, приехавших в Омскую область, состояла в том, чтобы дать новый импульс в развитии программы «Социокультурные истоки» на Омской земле.

Основными организаторами данного мероприятия стали: Министерство образования Омской области, Тарская Епархия, Издательский дом «Истоки».

Официальная часть педагогической сессии включала в себя:

- круглый стол в Омском государственном педагогическом университете «Системное развитие программы «Социокультурные истоки» в системе образования Омской области»;

- Истоковский педагогический совет в Доме учителя города Тары "Системное развитие программы Социокультурные истоки в системе образования Омской области";

- Истоковский педагогический совет в Духовно-патриотическом спортивно-оздоровительном центре «Застава Ермака» «Военно-патриотическое воспитание в контексте программы «Социокультурные истоки»  .

В неофициальной части для участников педагогической  сессии были организованы интересные и познавательные экскурсии  по Омску с посещением храмов  и Омского государственного литературного музея им. Ф.М. Достоевского.

В Омске педагоги-истоковцы приняли участие в торжественных мероприятиях, посвященных Дню Крещения Руси: в праздничной литургии в Омском Успенском кафедральном соборе и в многотысячном  Крестном ходе  в честь Крещения Руси. После Крестного хода всех участников традиционно угостили вкуснейшим пловом и порадовали праздничным концертом.

Необычный семинар "Смыслы и ценности Русского мира" состоялся в  ООО НПО "Мир". Здесь состоялось знакомство с руководителем предприятия  Беляевым А.Н. Все сотрудники этого предприятия живут православным укладом и особое внимание уделяют производственной культуре и суворовскому наследию в принципах управления.

На территории объединения - храм в честь Рождества Пресвятой Богородицы и памятник русскому полководцу Александру Васильевичу Суворову, где высечены слова: «Потомство мое прошу брать мой пример: всякое дело начинать с благословением Божиим. До издыхания будь верен Государю и Отечеству. Избегать роскоши, праздности и корыстолюбия, искать славу через истину и добродетель».

В вечернюю программу истоковцев вошла экскурсия в Ачаирский женский монастырь Честнаго Креста Господня - Сибирская голгофа. До революции здесь был Богородице-Михаило-Архангельский женский монастырь, а с 1937 по 1953 год была колония № 8, входившая в систему ГУЛАГа.

С 1992 года монастырь возрожден. В монастырский комплекс входят: Собор Успения Пресвятой Богородицы, Храм Димитрия Солунского, Храм Иоанна Предтечи, Храм святых мучениц Веры, Надежды, Любви и матери их Софии, памятник Святителю Николаю Чудотворцу с часовней у основания и  Святой источник с минеральной, йодисто-радоновой водой, где температура +37 градусов.

Закончилось пребывание в Омске ужином в монастыре и беседой с игуменьей матушкой Вероникой.

Неизгладимое впечатление произвела и поездка в город Тару.

Более трехсот километров пути не были утомительными, поскольку, по пути следования было несколько интереснейших остановок: Поклонный Крест Божией Матери в селе Тамбовка на месте явления Пресвятой Богоматери монахине Евгении, Большеречье -  историко-культурный комплекс в Омской области «Старина Сибирская», 18-метровый поклонный крест  возле села Бородихино у автомобильной трассы Тара-Омск и памятник Ермаку, который был открыт накануне, в дни празднования 425-летия со дня основания города Тары.

Дальнейшая программа педагогической сессии была в спортивно-оздоровительном центре «Застава Ермака», который находится в красивейшем, живописном месте села Екатерининское Тарского района. Во всем  чувствовался  настоящий Русский дух и особое тепло, забота и радушие организаторов.

 Утро следующего дня началось с молитвенного правила и молебна преподобному  Серафиму Саровскому  вместе с епископом Тарским и Тюкалинским Савватием.

После истоковского педсовета мы посетили культурно-исторический центр города Тары и ферму маралов.

Незабываемыми  и очень душевными, с песнями под гитару,  были минуты дружеского общения у вечернего костра. Именно в эти минуты мы почувствовали истоковское единение и общность ценностей.

На следующий день, после плодотворной методической работы, организаторы предложили нам активный отдых с народно-бытовыми танцами, этноспортивными соревнованиями и посещением раскопок древних поселений в районе села Ананьево.

Все семь дней  рядом с Владыкой Савватием для нас стали уроками Высшей Любви.  Вечернее богослужение в Свято-Екатерининской церкви, литургия и причастие  в Спасском кафедральном соборе, Крестный  ход в честь Илии Пророка стали достойным завершением истоковской педагогической сессии.

Покидали мы Омскую землю с чувством веры, что Господь умножит в наших сердцах Веру и Любовь к Богу и ближним, поскольку только Любовь - эта высшая христианская добродетель способна изменять мир вокруг нас.

Программа «Истоки» в очередной раз  помогла обрести друзей и напитала душу и сердце любовью.

 

Татьяна Дмитриева, завуч Гимназии № 6 г. Алатыря


 
Радуга истоков над детскими садами
Рейтинг:   / 0

12 апреля в нашем городе на двух площадках прошел республиканский фестиваль педагогического творчества «Радуга Истоков»: секция дошкольных образовательных организаций – в детском саду №10 «Сказка», секция общеобразовательных организаций – в гимназии №6. Гостями фестиваля были воспитатели и учителя из городов Чебоксары, Новочебоксарск, Шумерля, из Порецкого, Канашского, Яльчиковского и Алатырского районов.

Цель Фестиваля -поддержка и распространение педагогического опыта в реализации программы «Социокультурные истоки».

 На базе гимназии №6 проводились открытые уроки с 1 по 10 класс по темам учебного курса «Истоки», классные часы по программе «Воспитание на социокультурном опыте» и интегрированные с «Истоками» занятия по другим учебным дисциплинам.

Почетным участником фестиваля стала проректор ЧРИО Светлана Владимировна Петрова. В экспертную группу, проводившую анализ открытых занятий в гимназии, вошли специалисты из Республиканского института образования и учителя-методисты по программе «Социокультурные истоки» из гимназии №6 города Алатыря.

 Дошкольная секция была посвящена проектной деятельности в контексте реализации программ «Социокультурные истоки» и «Моя семья». Свои проекты представили педагоги из городов Чебоксары, Новочебоксарск и села Чуварлей Алатырского района.

 Главным событием фестиваля у дошкольников стал праздник «Добрый мир», на котором была представлена совместная деятельность взрослых и детей из опыта работы дошкольных организаций города Алатыря.

 В основу сценария праздника легли материалы из нового инструментария по программе «Истоки»: книг для развития речи детей от 3 до 7 лет.

 Праздник стал «путешествием» по истоковским книгам: «Добрый мир», «Доброе слово», «Дружная семья», «Добрая забота», «Добрые друзья», «Радость послушания», «Семейные традиции», «Верность родной земле»… Они распахнули перед детьми и взрослыми дверь в Добрый мир и помоглиответить на вопрос: - «Кто и что делает мир, в котором мы живем, добрым и радостным».

 Праздник прошел в виде задушевного разговора в большом семейном кругу. Мудрые слова воспитателей-ведущих продолжали стихи и песни в исполнении детей, родителей.

 60 ребятишек из девяти Алатырских детских садов вместе со взрослыми участвовали в народных играх, хороводах, показывали инсценированные фрагменты сказок «Гуси-лебеди», «Сказка о Царе Салтане», отгадывали загадки, играли в пальчиковые игры.

 Праздник «Добрый мир» подарил всем участникам большой заряд добра и радости.

 Коллектив детского сада «Сказка» во главе с заведующим Бариновой Ириной Николаевной создал необходимые условия для проведения фестиваля, гостеприимно и хлебосольно встретил гостей.

Новый слой
 
А. Новикова-Строганова. Живая душа. К 210-летию Н.В.Гоголя
Рейтинг:   / 1

 

 

          Живаядуша 

          (К 210-летию Н.В. Гоголя)

Основное свойство русской классики – быть современной во все времена. Так же, как и Новый Завет, в каждое мгновенье и для каждого остаётся новым, каждый раз заново обновляя и возрождая человека.

Гоголь остро ощущал свою нерасторжимую связь с Родиной, предчувствовал заповеданную ему высокую миссию. Он благословил русскую литературу на служение идеалам добра, красоты и правды. Все отечественные писатели, по известному выражению, вышли из гоголевской «Шинели», но   никто из них не решился сказать подобно Гоголю: «Русь! Чего же ты хочешь от меня? Какая непостижимая связь таится между нами? Что глядишь ты так, и зачем всё, что ни есть в тебе, обратило на меня полные ожидания очи?..» [1] (здесь и далее выделено мной. – А.Н.-С.)

Писатель был воодушевлён идеей патриотического и гражданского служения: «Назначение человека – служить, – повторял автор «Ревизора» и «Мёртвых душ». – И вся наша жизнь есть служба».  «Писатель, если только он одарён творческою силою создавать собственные образы, воспитайся прежде всего как человек и гражданин земли своей…»

Размышляя о Церкви, о православном и католическом духовенстве, Гоголь замечал: «Римско-католические попы именно от того сделались дурными, что чересчур сделались светскими» [2]. Православные же священники призваны избегать тлетворного светского влияния и – напротив – оказывать душеспасительное воздействие на мирян через самоотверженное проповедническое служение Слову Истины: «Духовенству нашему указаны законные и точные границы в его соприкосновениях со светом и людьми. <…>  У Духовенства нашего два законных поприща, на которых они с нами встречаются: Исповедь и Проповедь. На этих двух поприщах, из которых первое бывает только раз или два в год, а второе может быть всякое воскресение, можно сделать очень много. И если только Священник, видя многое дурное в людях, умел до времени молчать о нём, и долго соображать в себе самом, как ему сказать таким образом, чтобы всякое слово дошло прямо до сердца, то он уже скажет об этом так сильно на исповеди и проповеди <…> Он должен с Спасителя брать пример» [3].

 Творчество самого Гоголя имеет исповедальный характер, носит учительную направленность, звучит как художественно-публицистическая проповедь. Пророческие предвидения об общественно-духовном кризисе и путях выхода из него стали нравственным ориентиром не только для следующего поколения русских классиков, но и проливают свет на эпоху сегодняшнюю,  звучат на удивление современно: «Я почувствовал презренную слабость моего характера, моё подлое равнодушие, бессилие любви моей, а потому и услышал болезненный упрёк себе во всём, что ни есть в России. Но высшая сила меня подняла: проступков нет неисправимых, и те пустынные пространства, нанесшие тоску мне на душу, меня восторгли великим простором своего пространства, широким поприщем для дел. От души было произнесено это обращение к Руси: «В тебе ли не быть богатырю, когда есть место, где развернуться ему?..» В России теперь на каждом шагу можно сделаться богатырём. Всякое звание и место требуют богатырства. Каждый из нас опозорил до того святыню своего звания и места (все места святы), что нужно богатырских сил, чтобы вознести их на законную высоту» (XIV, 291 – 292).

Важно, чтобы мы всей душой осознали свою причастность всеобщему делу возрождения России усовершенствования жизни, а для этого – учит Гоголь – необходимо осуществление простого правила, чтобы каждый честно выполнял своё дело на своём месте: «Пусть каждый возьмёт в руки <…> по метле! И вымели бы всю улицу» (IV, 22). Эти строки из «Ревизора» неоднократно цитировал Н.С. Лесков, и нам не мешает вспоминать их чаще.

В «апокрифическом рассказе о Гоголе» «Путимец» Лесков вложил в уста героя рассказа – молодого Гоголя – заветную мысль о способности русских людей к быстрому нравственному возрождению: «а мне всё-таки то дорого, что им всё дурное в себе преодолеть и исправить ничего не стоит; мне любо и дорого, что они как умственно, так и нравственно могут возрастать столь быстро, как никто иной на свете <…> я ценю, я очень ценю! Я люблю, кто способен на такие святые порывы, и скорблю о тех, кто их не ценит и не любит!» [4]

 Велико было внимание Гоголя к тайнам бытия, разделённого на уделы света и мрака. Борьба с чёртом, с силами зла – постоянная гоголевская тема. Писатель ощущал действенность этих сил и призывал не бояться их, не поддаваться, противостоять им. В письме к С.Т. Аксакову 16 мая 1844 года Гоголь предлагал использовать в борьбе с «нашим общим приятелем» простое, но радикальное средство в духе кузнеца Вакулы, отхлеставшего напоследок чёрта хворостиной, в повести «Ночь перед Рождеством»: «Вы эту скотину бейте по морде и не смущайтесь ничем. Он – точно мелкий чиновник, забравшийся в город будто бы на следствие. Пыль запустит всем, распечёт, раскричится. Стоит только немножко струсить и податься назад – тут-то он и пойдёт храбриться. А как только наступишь на него, он и хвост подожмёт. Мы сами делаем из него великана, а на самом деле он чёрт знает что. Пословица не бывает даром, а пословица говорит: “Хвалился чёрт всем миром овладеть, а Бог ему и над свиньёй не дал власти”» (XII, 299 – 302). Мысль о бессилии нечистой силы перед лицом твёрдого духом и стойкого в вере человека – одна из любимых у Гоголя – восходит к древнерусской житийной традиции. В «Повести временных лет» говорится: «Бог один знает помышления человеческие. Бесы же не знают ничего, ибо немощны они и скверны видом» [5].

В то же время посрамление и  одоление чёрта даётся совсем не просто, что и показывает Гоголь в «Вечерах на хуторе близ Диканьки». Так, кузнец Вакула – религиозный художник – изобразил («намалевал») на стене храма побеждённого им беса. Высмеять зло, выставить его напоказ в комическом и уродливом виде –   значит почти победить его. Однако в финале повести есть намёк на несмягчаемую силу чертовщины. В образе плачущего ребёнка воплощается тема страха перед нечистью. При виде изображения чёрта в аду дитя, «удерживая слезёнки, косилось на картину и жалось к груди матери». Гоголь даёт понять, что демонические силы можно унизить, высмеять, спародировать, но, чтобы окончательно победить «врага рода человеческого», нужны радикальные средства иного порядка - противоположно направленная, высшая Божья сила.

Писатель обращался к исследованию глубин человеческой природы. В его произведениях – не просто помещики и чиновники; это типы общенационального и общечеловеческого масштаба – сродни героям Гомера и Шекспира. Русский классик формулирует законы национальной жизни и целого мира.  Вот один из его выводов: «Чем знатнее, чем выше класс, тем он глупее. Это вечная истина!»

Болея душой за судьбу Руси, Гоголь, согласно его глубоко лирическому, одухотворённому признанию, дерзнул «вызвать наружу всё, что ежеминутно перед очами и чего не зрят равнодушные очи, – всю страшную, потрясающую тину мелочей, опутавших нашу жизнь, всю глубину холодных, раздробленных, повседневных характеров, которыми кишит наша земная, подчас горькая и скучная дорога». Для этого «много нужно глубины душевной, дабы озарить картину, взятую из презренной жизни, и возвести её в перл создания». Эти творческие жемчужины – несомненно, из духовной, Божественной сокровищницы Творца. 

  Гениальные гоголевские типы оживают и воплощаются постоянно. В.Г. Белинский справедливо размышлял: «Каждый из нас, какой бы он ни был хороший человек, если вникнет в себя с тем беспристрастием, с каким вникает в других, – то непременно найдёт в себе, в большей или меньшей степени многие из элементов многих героев Гоголя». Именно – «каждый из нас». «Не все ли мы после юности, так или иначе, ведём одну из жизней гоголевских героев?  - риторически вопрошал А.И. Герцен. – Один остаётся при маниловской тупой мечтательности, другой буйствует a la Nosdreff, третий – Плюшкин и проч.».

Путешествуя в пространстве и во времени, приспосабливаясь к нему, гоголевские персонажи по-прежнему вполне узнаваемы и в современной  жизни – продолжают оставаться жидоморами-чичиковыми, собакевичами, «дубинноголовыми» коробочками, петрушками, селифанами, «кувшинными рылами», ляпкиными-тяпкиными, городничими, держимордами и др. В современной коррумпированной, продажной чиновничьей среде, как в гоголевских «Мёртвых душах», по-прежнему «мошенник на мошеннике сидит и мошенником погоняет. Все христопродавцы» (VI, 97).

Хлестаков в «Ревизоре» – это уже не просто нарицательный тип, а всепроникающее явление. «Этот пустой человек и ничтожный характер заключает в себе собрание многих тех качеств, которые водятся и не за ничтожными людьми, – объяснял Гоголь в своём «Предуведомлении для тех, которые хотели бы сыграть как следует “Ревизора”»  – <…> Редко кто им не будет хоть раз в жизни». Не случайно Хлестаков кричит оцепеневшим от подобострастного ужаса чиновникам: «Я везде, везде!».

Открыв всеобъемлющую фантасмагорию хлестаковщины, Гоголь приходил к суду и над самим собой. Относительно своей книги «Выбранные места из переписки с друзьями» (1846) он писал В.А. Жуковскому: «Я размахнулся в моей книге таким Хлестаковым, что не имею духу заглянуть в неё… Право, во мне есть что-то хлестаковское». В апреле 1847 года в письме к А.О. Россет писатель каялся: «Я должен Вам признаться, что доныне горю от стыда, вспоминая, как заносчиво выразился во многих местах, почти а la Хлестаков». И в то же время Гоголь признавался: «Я не любил никогда моих дурных качеств… взявши дурное свойство моё, я преследовал его в другом званье и на другом поприще, старался себе изобразить его как смертельного врага…»

Мысль о Божественной сущности слова  была основополагающей для Гоголя. Писатель обострённо ощущал священную сущность слова: «чувствовал чутьём всей души моей, что оно должно быть свято» [6]. Это привёло его к ос­новным убеждениям: «Опасно шутить писателю со словом» (6, 188); «Чем истины выше, тем нужно быть осторожнее с ними»; «Обращаться с словом нужно честно. Оно есть высший подарок Бога человеку» (6, 187). Эти афористически выраженные христианские писательские убеждения определили смысл главы IV «О том, что такое слово» «Выбранных мест из переписки с друзьями» и пафос этой книги в целом: «Слово гнило да не исходит из уст ваших! Если это следует применить ко всем нам без изъятия, то во сколько крат более оно должно быть применено к тем, у которых поприще - слово и которым определено говорить о прекрасном и возвышенном. Беда, если о предметах святых и возвышенных станет раздаваться гнилое слово; пусть уже лучше раздаётся гни­лое слово о гнилых предметах» (6, 188).

Как никогда актуальны гоголевские мысли об особой ответственности всех, кто наделён этим Божественным даром: со словом надо обращаться трепетно, бесконечно бережно, честно.

Незадолго до смерти – после посещения Оптиной Пустыни – писатель изменился и внешне, и внутренне. По свидетельству А.К. Толстого, Гоголь  «был очень скуп на слова, и всё, что ни говорил, говорил как человек, у которого неотступно пребывала в голове мысль, что “с словом надо обращаться честно”… По его собственному признанию, он стал “умнее” и испытывал раскаяние за “гнилые слова”, срывавшиеся с уст его и выходившие из-под пера под влиянием “дымного надмения человеческой гордости” – желания пощеголять красным словцом.

Монах Оптиной Пустыни отец Порфирий, с которым был дружен Гоголь, в письме убеждал его: «Пишите, пишите и пишите для пользы соотечественников, для славы России и не уподобляйтесь оному ленивому рабу, скрывшему свой талант, оставивши его без приобретения, да не услышите в себе гласа: “ленивый и лукавый раб”» [7].

Писатель много молился, виня и себя самого в духовном несовершенстве.«Помолюсь, да укрепится душа и со­берутся силы, и с Богом за дело» (7, 324), – писал он накануне паломнической поездки по святым местам.

Учиняя строжайший суд над самим собой, предъявляя себе высочайшие духовно-нравственные требования, Гоголь являлся поистине титанической и трагической личностью и готов был пройти своим многотрудным путём до конца.

После его смерти И.С. Тургенев писал И.С. Аксакову 3 марта 1852 года:  «...Скажу вам без преувеличения: с тех пор, как я себя помню, ничего не произвело на меня такого впечатления, как смерть Гоголя... Эта страшная смерть – историческое событие, понятное не сразу: это тайна, тяжёлая, грозная тайна – надо стараться её разгадать, но ничего отрадного не найдёт в ней тот, кто её разгадает... все мы в этом согласны. Трагическая судьба России отражается на тех из русских, кои ближе других стоят к её недрам, – ни одному человеку, самому сильному духу не выдержать в себе борьбу целого народа, и Гоголь погиб!» [8]

Главное – он сумел пробудить в нас «сознание о нас самих». По справедливому суждению Н.Г. Чернышевского, Гоголь «сказал нам, кто мы таковы, чего недостаёт нам, к чему должны стремиться, чего гнушаться и что любить».

В предсмертных записях Гоголь оставил «пасхальный» завет воскрешения «мёртвых душ»: «Будьте не мёртвые, а живые души. Нет другой двери, кроме указанной Иисусом Христом, и всяк прелазай иначе есть тать и разбойник»[9].

Непреходящими остаются православные  идеи христианского писателя о духовном возрождении России, воскрешении «мёртвых душ». 

Полная ожиданий и надежд Россия и сегодня  всё так же обращается к своему великому сыну в поисках правды о себе самой. И недалеко уже то время, которое виделось Гоголю, «когда иным ключом грозная вьюга вдохновенья подымется из облечённой в святый ужас и блистанье главы и почуют в смущённом трепете величавый гром других речей…»

 

Алла Анатольевна Новикова-Строганова –  

доктор филологических наук, профессор,

член Союза писателей России,

историк литературы

 



ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Гоголь Н.В. Полн. собр. соч.: В 14 т. – М.; Л.: АН СССР, 1937 – 1952. – Т.  6. – 1951. – С. 5 – 247. Далее ссылки на это издание приводятся в тексте с обозначением тома римской цифрой, страницы – арабской.

[2] Гоголь Н.В. О том же (из Письма к Гр. А.П. Т…..му) / Цит. по: Виноградов И.А. Неизвестные автографы двух статей Н.В. Гоголя // Евангельский текст в русской литературе XVIII – XX веков: Цитата, реминисценция, мотив, сюжет, жанр. Вып. 4. – Петрозаводск: ПётрГУ, 2005. – С. 235.

[3] Там же. – С. 235 – 237.

[4] Лесков Н.С. Собр. соч.: В 11 т. – М.: ГИХЛ, 1956 – 1958. – Т. 11. – С.  49.

[5] Гуминский В.М. Открытие мира, или Путешествия и странники: О русских писателях XIX века. – М.: Современник, 1987. – С. 20.

[6] Гоголь Н.В.Собр. соч.: В 7 т. – М.: Худож. лит., 1986. – Т. 7. – С. 322. Далее ссылки на это издание приводятся в тексте с обозначением тома и страницы арабскими цифрами.

[7] Цит. по: Золотусский И.П. Гоголь. – М.: Молодая гвардия, 2009.

[8] Тургенев И.С. Собр. соч. – Т. 11. – М., 1949. – С.95.

[9] Гоголь Н.В. Собр. соч.: В 9 т. / Сост., подг. текстов и коммент. В.А. Воропаева, И.А. Виноградова. – М.: Русская книга, 1994. – Т. 6. – С. 392.

 

 
Семинар по программе "Социокультурные истоки"
Рейтинг:   / 0

 

26 марта на базе Средней общеобразовательной школы №7 имени Героя Советского Союза З.И.Парфёновой" города Алатыря Чувашской Республики прошёл муниципальный семинар "Преемственность в программе "Социокультурные истоки".

На духовной ноте семинар открыла вокальная группа преподавателей  школы и обучающийся 4А класса Захаров Илья.

Директор МБОУ "СОШ № 7 Кольдина Лидия Николаевна, выступила с докладом "О решении проблемы преемственности поколений в контексте программы "Социокультурные истоки". Значимость этой темы подчеркивается тем, что на Международных Рождественских образовательных чтениях в Москве в этом году её раскрывал автор программы, профессор И. А. Кузьмин.

Вниманию участников  и гостей семинара  были представлены три занятия, раскрывающие одну ценностную категорию – «Слово»:

- занятие "Колыбельная песня", для детей 3-4 года - Троян Елена Геннадьевна, воспитатель МБДОУ "Детский сад №10 "Сказка",

- урок "Сердечные слова. Сердце сердцу весть подаёт" для 4 класса - Егорова Анна Ивановна, учитель начальной школы МБОУ «СОШ №7».

- урок "Слово в деле купца и предпринимателя" для 7 класса - Быстрякова Ольга Николаевна, учитель МБОУ «СОШ №7».

Протоиерей Олег Востриков, клирик храма Рождества Пресвятой Богородицы, рассказал о духовной составляющей категории "Слово" в программе "Социокультурные истоки».

В фойе школы была оформлена совместная выставка декоративно-прикладного творчества педагогов и воспитанников детского сада №10 "Сказка" и педагогов и обучающихся средней школы №7.

В завершении семинара, руководитель методического кабинета духовно-нравственного обучения и воспитания отдела образования и молодежной политики администрации г.Алатыря Теплова Наталья Ивановна организовала групповой анализ занятий и подвела итоги работы семинара.

Семинар прошел плодотворно, работали заинтересованно, единодушно.

 
А.Новикова-Строганова. Русский крест Ивана Тургенева.
Рейтинг:   / 1

 

 

Русский крест Ивана Тургенева

( 200-летие писателя)

Необходимо всем писателям сплотиться вместе
и встать на защиту святой веры от врагов ея.

И.С. Тургенев

 

 О Тургеневе было не принято говорить как о христианском писателе. По большей части его представляли как «атеиста», «либерала», «западника», «русского европейца».

Но к сожалению, это не только атеистические либо иноверческие трактовки, лукаво насаждаемые, как плевелы среди пшеницы, на протяжении долгих десятилетий.

Ещё Н.С. Лесков писал о том, как «многократно, грубо и недостойно оскорбляем наш благородный писатель» – «представитель и выразитель умственного и нравственного роста России». Продажные либералы действовали «грубо, нахально и безразборчиво»; консерваторы «язвили его злоехидно». Тех и других Лесков уподоблял, используя сравнение Виктора Гюго, хищным волкам, «которые со злости хватались зубами за свой собственный хвост». По лесковскому замечанию, «осмеять можно всё, как всё можно до известной степени опошлить. С лёгкой руки Цельзия было много мастеров, которые делали такие опыты даже над самым учением христианским, но оно от этого не утратило своего значения».

Некоторые начётники также готовы исключить Тургенева из ряда писателей-христиан, руководствуясь своими мерками: «Сколько раз в год ходил в церковь? Принимал ли участие в обрядах? Часто ли исповедовался, причащался?»

Однако с такими вопросами к душе человеческой вправе подходить лишь Бог. Хорошо бы здесь припомнить наставление апостольское: «Не судите никак прежде времени, пока не приидет Господь» (1 Кор. 4:5).

Только в самые последние годы отдельные тургеневеды не смогли не признать, что Тургенев в своём творчестве делал «определённые шаги на пути к христианству». Однако даже в такой робкой формулировке этот тезис не прижился. Превратное представление о Тургеневе как об атеисте, укоренённое в советском профессиональном  литературоведении и в обыденном сознании,бытовалодолгие десятилетия. В качестве аргументов беспардонно шли в ход и некоторые тургеневские высказывания, иезуитски выдернутые из контекста, и образ жизни – по большей части вдали от родины, «на краю чужого гнезда», и даже обстоятельства смерти писателя.

При этом никто из сторонников такой безблагодатной позиции не явил в собственной жизни высоких образцов ни святости, ни аскетизма, ни праведничества, ни выдающегося таланта. Добротолюбие учит: «Кто возбраняет устам своим пересуждать, тот хранит сердце своё от страстей, тот ежечасно зрит Бога». По всей видимости, «обвинители», «пересуждающие» жизнь и творчество писателя, далеко отстоят от христианства и евангельских заповедей неосуждения: «Не судите, да не судимы будете; Ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить» (Мф. 7:1–2).

Всем ли удастся в своё время сподобиться «христианской кончины живота нашего, безболезненной, непостыдной, мирной, и доброго ответа на Страшном суде Христовом», о чём молится Церковь? Что будет с каждым из нас по выходе из «кожаной ризы», надетой на земле? Не может не замереть душа перед этими вопросами. Но ответ только «на Страшном суде узнаем», – как любил повторять христианский писатель Сергей Нилус.

В Боге, возвестившем: «Аз есмь Истина, и Путь, и Жизнь» (Ин. 14:6), – единственно истинный подход к любому явлению жизни. «Кто учит иному, – говорит апостол Павел, – и не следует словам Господа нашего Иисуса Христа и учению о благочестии, тот горд, ничего не знает, но заражён страстью к состязаниям и словопрениям, от которых происходят зависть, распри, злоречия, лукавые подозрения, пустые споры между людьми повреждённого ума, чуждыми истины» (1 Тим. 6:3–5).

Господь каждому даёт свои таланты и свой крест – по плечам и по силам. Так что взваливать все кресты непосильной ношей на одного человека невозможно. У каждого свой крест. Как писал наш современник, убиенный поэт Николай Мельников в поэме «Русский крест»:

Крест взвали себе на плечи,

Он тяжёл, но ты иди,

Чем бы ни был путь отмечен,

Что б ни ждало впереди!

– В чём же крест мой? Кто же знает?

На душе – один лишь страх!

– Всё Господь определяет,

Всякий знак – в Его руках.

Тургеневу хватило его собственного креста, чтобы прославить своё Отечество доброю славой во всём мире.

Писатель жизнь свою положил, в том числе на переводы произведений русской литературы, чтобы познакомить с ней Европу; основал во Франции первую русскую библиотеку. Его личность и творчество светят на весь мир.

В год кончины Тургенева его друг, поэт Я.П. Полонский говорил: «И один рассказ его “Живые мощи”, если б он даже ничего иного не написал, подсказывает мне, что так понимать русскую честную верующую душу и так всё это выразить мог только великий писатель».

По воспоминаниям французского писателя Анри Труайя, Тургенев обнаруживал, что «неспособен написать роман, повесть, главными действующими лицами которых не были бы русские люди. Для этого нужно было поменять душу, если не тело». «Мне для работы, – скажет он Эдмону де Гонкуру, – нужна зима, стужа, какая бывает у нас в России, мороз, захватывающий дыхание, когда деревья покрыты кристаллами инея… Однако ещё лучше мне работается осенью в дни полного безветрия, когда земля упруга, а в воздухе как бы разлит запах вина…» Эдмон де Гонкур заключал: «Не закончив фразы, Тургенев только прижимал к груди руки, и жест этот красноречиво выражал то духовное упоение и наслаждение работой, какие он испытывал в затерянном уголке старой России».

Космополитом Тургенев никогда не был и родиной своей не торговал.Где бы писатель ни жил: в столицах или за границей, –неизменно душой он стремился в своё родовое имение Спасское-Лутовиново Мценского уезда Орловской губернии. Здесь всегда перед его взором был древний фамильный образ Спаса Нерукотворного.

Нельзя без волнения читать строки письма Тургенева к Ж.А. Полонской от 10 августа 1882 года – за год до смерти: «Продажа Спасского была бы для меня равносильною с окончательным решением никогда не возвращаться в Россию, а я, несмотря на болезнь, питаю надежду провести всё будущее лето в Спасском, а в Россию вернуться в течение зимы. Продать Спасское значит для меня – лечь в гроб, а я ещё желаю пожить, как ни мало красна жизнь для меня в настоящее время».

В своём художественном творчестве Тургенев изображал жизнь в свете христианского идеала. Но все грубые наслоения хрестоматийного глянца, вульгарно-идеологических трактовок (в том числе режиссёрско-постановочных) и домыслов зачастую не позволяют современному читателю пробиться к истинному смыслу писательского наследия, посвятить ему углублённое осознанное прочтение. Вникнуть в произведения Тургенева заново, осмыслить его творчество с христианских позиций – задача важная и благотворная. Об этом моя книга«Христианский мир И.С. Тургенева».

Писатель показал, что именно духовное, идеальное содержание – основа человеческой личности; ратовал за восстановление в человеке образа и подобия Божия. Из этого во многом соткано таинство поэтики Тургенева, его дивных художественных образов.

Среди них – «истинно преподобная» праведница и страдалица Лукерья («Живыемощи»). Плоть героини умерщвлена, но дух её возрастает. «Посему мы не унываем, – учит апостол Павел, – но если внешний наш человек и тлеет, то внутренний со дня на день обновляется» (2 Кор. 4:16). «Тело Лукерьи почернело, а душа – просветлела и приобрела особенную чуткость в восприятии мира и правды высшего, сверхмирного бытия», – справедливо отмечал выдающийся богослов XX века архиепископ Иоанн Сан-Францисский (Шаховской). Случившееся с ней Лукерья понимает как данный Богом спасительный крест: «Послал Он мне крест – значит, меня Он любит. Так нам велено это понимать» (3, 332) – по слову Христа: «кто не берет креста своего и следует за Мною, тот не достоин Меня» (Мф. 10, 38).

Этой тургеневской героине, почти бестелесной, открываются высшие сферы духа, не выразимые в земном слове. И не только ей, но прежде всего – писателю, создавшему её образ. Так же, как и «тишайший» образ истинной православной христианки Лизы Калитиной – кроткой и самоотверженной, нежной и мужественной – главной героини романа «Дворянское гнездо».

Весь этот роман овеян молитвенным пафосом. Источник особой молитвы проистекает не только из частного несчастья главных героев – Лизы и Лаврецкого, но из общих многовековых страданий земли русской, русского народа-страстотерпца. Неслучайно писатель-христианин орловец Б.К. Зайцев объединил тургеневских героинь – молитвенницу Лизу и страдалицу Лукерью – с реальной крестьянской девушкой-мученицей, одинаково расценивая их всех в общерусском православном смысле как «заступниц» перед Богом за Русь, за русский народ: «Лукерья такая же заступница за Россию и всех нас, как смиренная Агашенька – раба и мученица Варвары Петровны <матери Тургенева>, как Лиза».

Стихотворение в прозе «Два богача» показывает неизмеримое духовное превосходство русского человека из народа, замученного и ограбленного угнетателями всех мастей, над богатейшим в мире банкиром-евреем.

Ротшильд имеет возможность без труда и ущерба для своих капиталов отщипывать куски на благотворительность от сверхприбылей, нажитых грабительскими ростовщическими махинациями. Русский мужик, ничего не имея, душу свою полагает за ближнего, буквально следуя заповеди Христа «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за други своя» (Ин. 15:13). Какой огромный смысл в крохотном по объёму тургеневском тексте:

«Когда при мне превозносят богача Ротшильда, который из громадных своих доходов уделяет целые тысячи на воспитание детей, на лечение больных, на призрение старых – я хвалю и умиляюсь.

Но, и хваля и умиляясь, не могу я не вспомнить об одном убогом крестьянском семействе, принявшем сироту-племянницу в свой разорённый домишко.

– Возьмём мы Катьку, – говорила баба, – последние наши гроши на неё пойдут, – не на что будет соли добыть, похлёбку посолить…

 – А мы её… и не солёную, – ответил мужик, её муж.

Далеко Ротшильду до этого мужика!»

Самое главное в русской классической литературе в целом и в частности в тургеневском творчестве – ценнейшей составляющей отечественной классики – это Христос, христианская вера, одухотворённая русским православным подвижничеством. Художественной правды не может быть без правды Божьей. Вся русская классика создавалась в лоне православного бытия.

По отзыву М.Е. Салтыкова-Щедрина, в тургеневской прозе заключено «начало любви и света, в каждой строке бьющее живым ключом». После чтения произведений Тургенева «легко дышится, легко верится, тепло чувствуется», «ощуща­ешь явственно, как нравственный уровень в тебе поднимается, что мысленно благословляешь и любишь автора».

Каждая проникновенная строка Тургенева, обладавшего способностью соединить прозу с поэзией, «реальное» с «идеальным», овеяна одухотворённым лиризмом и сердечным теплом, несомненно, идущим от «Бога живого» (2 Кор. 6:16), «В Котором сокрыты все сокровища премудрости и ведения» (Кол. 2:3), «Ибо всё из Него, Им и к Нему» (Рим. 11:36).

 

Алла Новикова-Строганова –

доктор филологических наук,

профессор, историк литературы,

член Союза писателей России                                       

 

 

Подкатегории

#fc3424 #5835a1 #1975f2 #0556a1 #425187 #5f41ea