Вход

Контакты и реквизиты

Адрес: Чувашская республика, г.Алатырь, пл.Октябрьской революции 1

E-mail:

Банковские реквизиты:
Местная религиозная организация
православный Приход храма Рождества Пресвятой Богородицы
г.Алатырь Чувашской Республики
429800 Чувашская республика, г.Алатырь, пл.Октябрьской Революции 1
Расчетный счет №40703810475070100107
Корр. счет №30101810300000000609
БИК 049706609 ИНН 2122002312
в Чувашском ОСБ 8613 г.Чебоксары
с пометкой "для Фонда"

Новости Православие.Ру

ЕГЭ - за и против
Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 
В преддверии сезона экзаменов, выпускных вечеров и нового набора студентов в вузы известный публицист Александр Привалов опубликовал статью «О том, что сталось со школой». Она начинается предельно жесткой формулировкой: «Школы в России больше нет», сообщает Regions.ru
 
«Разумеется, по инерции остались ещё отдельно стоящие хорошие школы — покуда их даже и немало», — оговаривается публицист. Однако «школы как института формирования нации — нет, и осколки его рассыпаются на глазах прямо сейчас. Совсем скоро явное большинство школ в стране будет конторами по дневной передержке детей: чтобы по подвалам клей не нюхали; типовой выпускник будет неучем, не умеющим учиться, — то есть неучем пожизненным», - пишет Привалов. 
 
«Исток главной беды в том, что школу лишили самостоятельного значения. Она перестала быть самодостаточным и самоценным периодом в жизни взрослеющего человека; весь смысл её свёлся к тому, чтобы подготовить ученика к поступлению в вуз… Имеющая собственный смысл школа оценивала своего выпускника на собственных выпускных экзаменах — выпускника "школы — ступеньки в вуз" проверяют на ЕГЭ, экзаменах одновременно выпускных и вступительных. Как эта новация сказалась на вузах, вопрос отдельный, но школу она просто убила», - говорится в статье. 
 
Со введением ЕГЭ оказалось, что все предметы, кроме двух – русского языка и математики – «если не хочешь, можно и не учить, и ничего тебе за это не будет. То есть ничего — если ты лодырь; если же ты собрался поступать, скажем, на экономический, то тебя … будут даже хвалить: ах, какой целеустремлённый. Тройку и в том и в другом случае как-нибудь натянут. Тут и учителя смекнули, что они, со своей стороны, могут не учить этим дисциплинам. Во всяком случае, не учить большинство учеников — всех, кто сам не выбрал этот предмет. И им тоже ничего за это не будет: ведь их зарплату определяет средний балл по ЕГЭ, а те, на кого они махнут рукой, его сдавать не пойдут и на средний балл не повлияют… Как правило, где можно невозбранно не учить и не учиться — там и учить, и учиться постепенно перестают», - констатирует публицист. 
 
При этом с русским языком и с математикой происходит то же, что и с остальными предметами: недаром в прошлом году пришлось понизить порог удовлетворительной оценки на ЕГЭ – иначе бы почти четверть выпускников осталась бы без аттестатов. «Мне нечасто встречаются люди, называющие советскую школу лучшей в мире, — слишком уж памятны её слабые стороны. Но школьная система математического образования, вне всякого сомнения, была тогда лучшей в мире, и то, до чего она сейчас докатилась — за какие-то двадцать лет! — национальный позор», - жестко пишет Привалов. 
 
«Есть две международные программы: PIRLS, в которой оценивают учебные достижения школьников начальных классов, и PISA, где оценивают пятнадцатилетних ребят. Малыши наши выигрывают почти у всех: в предпоследний раз мы были первые, Гонконг — второй, в последний раз мы вторые, Гонконг первый. А наши юноши каждые три года опускались на несколько позиций, оказавшись в предпоследний раз примерно сороковыми из семидесяти участников; так что в последний раз Россия и участвовать не стала. Увы, всё ведёт к печальному выводу: наша школа понижает интеллектуальный уровень детей — не говоря о том, что развращает их безнаказанностью безделья», - отмечает он. 
 
«Кто хочет учиться, тот — во всяком случае, в крупных городах — учиться пока может. Ключевое слово тут, к сожалению, "пока"… Число школ, пригодных для получения настоящего образования, с неизбежностью будет сокращаться… Проводимая в последние годы политика прямо враждебна к сколько-нибудь выдающимся школам. Подушевое финансирование и так бы их погубило, но на помощь ему поспело и бредовое убеждение многих начальников, будто само существование элитных школ противоречит священному (и неисполнимому) принципу равнодоступности качественного образования. Пришибить хорошую школу не проблема, а создать новую труднее с каждым годом — прежде всего потому, что беда с учителями. В любой сколько-нибудь серьёзной дискуссии о проблемах школы можно услышать, что учителя (не все, конечно, — многие) плохо знают предмет, плохо и невнятно говорят, не владеют базовыми методическими навыками и так далее. Система педагогического образования в стране практически разрушена», - таковы крайне неутешительные выводы статьи. 
 
Непременным условием выхода из этой ситуации Привалов считает отмену ЕГЭ в нынешнем виде, то есть как выпускного и вступительного экзамена вместе, и возврат выпускных экзаменов по всем основным предметам. Но на это Минобр идти не желает никак: выпускное сочинение он превратил в какой-то невнятный зачёт, а устные экзамены, весь смысл которых в диалоге с экзаменатором, говорят, хочет свести к монологам, записываемым в звуковые файлы, — чтобы потом их «объективно оценивать». 
 
«Торопиться нужно ещё и потому, что ЕГЭ укореняется. С каждым годом всё больше учителей с изрядным облегчением привыкают к нынешнему положению вещей. Они понимают, что натаскивать, да притом не всех учеников класса, куда легче, чем учить, да притом всех; что система, при которой детей не надо учить думать, говорить и писать, весьма удобна тому, кто сам всего этого не умеет. Возвращать выпускные будет поэтому всё сложнее: учителя будут всё более массово к ним не готовы — выяснилось же в этом году, что большая часть словесников не знает, как работать с возвращённым вдруг сочинением. Промедлить ещё совсем немного— и может статься, что школу придётся восстанавливать не по живым воспоминаниям, а по книгам. Если кто-нибудь сумеет такие книги написать», - заключает публицист. 
 
«Согласны ли вы со столь жесткой оценкой современного образования? Можно ли еще исправить положение? Впрямь ли единственный выход – отмена ЕГЭ и возврат выпускных экзаменов?» - с такими вопросами корреспондент Regions.Ru обратился к священнослужителям.
 
Протоиерей Максим Первозванский, клирик храма Сорока Севастийских мучеников, главный редактор журнала «Наследник», отметил, что Александр Привалов, как всегда, точен и подмечает самое важное. 
 
«Я последовательный противник ЕГЭ: его надо отменять, и чем скорее, тем лучше. Может не в этом году, потому что вся подготовка была направлена именно на ЕГЭ, и вносить сумбур в момент окончания школы неразумно. Но со следующего года я бы однозначно его отменил. Главная идея, заложенная авторами ЕГЭ, - уравнение шансов учащихся из разных регионов поступить в вузы, - не реализуется. Более того, мелкие, не заметные широкой общественности реформы, вроде правила зачисления первой и второй "волны", решительно уменьшают это равноправие, которого и так-то немного было. Поэтому, мне кажется, ЕГЭ полностью себя исчерпал и не имеет права на дальнейшее существование в системе российского образования. Тут сомнений быть не должно. Понятно, старая система образования не очень соответствовала современным реалиям, но это была целостная и осмысленная система, которая противостояла "клиповому мышлению", которое навязывается подрастающему поколению сегодня. И старая система еще местами жива, ее не везде успели разрушить. Реформы же вместо того, чтобы систему улучшать, только разрушают все, не предлагая ничего серьезного взамен. И в этом порок многих современных реформ - одной отменой ЕГЭ ситуацию не решить», - продолжил священник. 
 
«В Москве, например, многие школы укрупнили, и это породило также массу отрицательных следствий. Даже сложно кратко прокомментировать все проблемы системы образования. Да просто Высшую школу экономики нужно срочно отстранить от процесса! Проблема в том, как говорил бывший министр образования Андрей Фурсенко, что наша система образования нужна для подготовки потребителей, а не творцов. Эти слова всем набили оскомину, но так оно и есть. Нужно четко определиться, какую функцию выполняет школа. Потому что функцию социализации, ради чего школа изначально и была задумана, она сегодня не выполняет. Еще 50 лет назад все было иначе, а сейчас дети социализируются по-другому. В большинстве школ дети хамят, учителя отбывают положенное время и тем самым расписываются в собственном бессилии», - заключил он.
 
Протоиерей Алексий Новичков, директор православной гимназии протоиерей, настоятель храма Тихвинской иконы Божией Матери села Душоново Щелковского района Московской области, считает, что Александр Привалов дал точную оценку сегодняшней ситуации. 
 
«Единственное достоинство ЕГЭ - возможность для выпускников из деревень и небольших городов России оказаться в крупнейших вузах страны. Но это несопоставимо с тем, что мы потеряли, введя Единый госэкзамен. Он уничтожил традиции российского образования, лишил наших выпускников возможности получать качественные знания по важнейшим предметам, разрушил в нашей стране конкурентоспособную интеллектуальную среду. Если стоит задача спасти будущее (настоящее уже умерло), нужно принимать решительные меры. Пока же мы видим безнаказанность людей, стоявших у истоков «переформатирования» нашего образования. Под видом всенародного обсуждения ЕГЭ без каких-либо на то оснований продвигали, вводили насильственно. А нести ответственность, загубив столько детских и юношеских судеб, эти люди не хотят. Во всех ведущих странах мира делают все, чтобы завтрашнее поколение получило от государства главное богатство – хорошее образование. И только в России демонстрируют пренебрежение к своим детям, издевательство над собственным достоянием – российским образованием. Думаю, нам нужно вынести все эти важные, животрепещущие вопросы на обсуждение. Какое будет принято по его результатам решение, предугадать нельзя. Слишком многое упущено, слишком сильно распространились метастазы в организме российского образования. Но я уверен: нерешаемых задач нет. Только решать их нужно быстрее, на национальном уровне, потому что происходит катастрофа», - подчеркнул он.
 
Протоиерей Михаил Дудко, главный редактор газеты «Православная Москва», считает, что многое зависит от того, какие цели ставят перед школой, высшим и дошкольным образованием. 
 
«Мы привыкли разделять образование на учение и воспитание, но в нашей русской традиции школа соединяет в себе обе функции. Увы, современное общество и в России, и за рубежом сейчас лишено прочных религиозных корней, - оттого и возникло разделение между "научением", образованием и воспитанием. К тому же появились проблемы, о которых, в частности, говорит Александр Привалов (например, была утрачена система математического образования). Мне кажется, Церковь правильно делает, выступая за введение в школах большего количества часов по "Основам религиозных культур и светской этики". Человека не воспитать по-настоящему, если он не знает ответственности за собственную душу, не чувствует связи между "землей и небом". Это что касается воспитания. Есть претензии к школе и по поводу обучения. Насколько значимую роль сыграл в сложившейся ситуации ЕГЭ, мне сказать сложно – тут выводы должны сделать специалисты-практики. Но, на мой взгляд, ЕГЭ, где тесты заменяют живое общение, рассчитан на людей не мыслящих, но запоминающих. Да, и то, и другое - составляющие системы образования, и все же умение мыслить важнее - вспомним знаменитую фразу Декарта: "Мыслю – следовательно, существую". ЕГЭ, на мой взгляд, в значительной мере отучает мыслить - в чем мы всегда были сильны. Отменять Единый госэкзамен или нет, - решать, конечно, не Церкви, но ситуация тревожная». – подчеркнул священник.
 
Иерей Андрей Михалев, настоятель Свято-Троицкого храма г. Орла, руководитель епархиального отдела по взаимодействию Церкви и общества, руководитель комиссии Орловской митрополии по вопросам семьи, отметил, что, конечно, система образования в нынешнем виде существовать не может. 
 
«Но у ЕГЭ есть неоспоримое преимущество – ученик, сдавший экзамен и получивший высокий балл, может легко поступить в любой московский вуз. Моя племянница поступила в престижный медицинский вуз, а парень из нашего прихода - в МГИМО. Без всяких взяток. Идея была хорошая: предоставить большие возможности ребятам, стремящимся получить хорошее образование. Даже в советское время многое решали подарки и кумовство. Так что было бы неправильно говорить: "советская школа хорошая, а сейчас все плохо". Но менять что-то в системе образования, безусловно, нужно – если выпускник школы в каждом предложении делает по ошибке, это никуда не годится. И, конечно же, нужно возвращать преподавание классической литературы в необходимом объеме, восстанавливать воспитательный процесс, давать школьникам больше практических знаний. У нашего народа свои особенности, собственный менталитет, свой путь. Нам нельзя слепо копировать западное образование. Да и в советской школе есть что позаимствовать», - заключил священник.
 
Иерей Святослав Шевченко, клирик кафедрального собора Благовещенска, отметил, что он закончил школу в 1991 году, и помнит переход от советской системы образования к российской. 
 
«Исчезла пионерия, комсомолия, да что там - целая воспитательная система. Я помню также, как исчезла школьная форма, что сразу породило социальное расслоение среди учеников. И учителя стали более нервными – помню, как на каком-то уроке учительница произнесла матерные слова, что всех шокировало. Для меня это стало наглядным подтверждением смены российского образования современным, демократическим. Думаю, нам многое можно было бы позаимствовать из опыта советской школы. Сегодняшняя выполняет образовательные функции, а воспитательных лишилась. Нет "линеек" и собраний, где воспитывали совершивших проступок учеников - а это давало хороший эффект. За провинность снимали галстуки, что было очень обидно – красный галстук был своего рода символом взросления. Сейчас в школе система "человеко-часов", что ее просто убивает. И сегодня, к сожалению, школа не воспитывает. Мы, школьники и педагоги тех лет, были одной большой семьей. Я преподаю "Основы православной культуры" в частной школе. Там все по-другому: небольшие классы по 10-12 человек, индивидуальный подход, выездные мероприятия. У них интересно. В обычных школах этого, увы, уже нет. Я с самого начала был противником ЕГЭ и с большим воодушевлением воспринял возвращение сочинения. ЕГЭ не показывает реальных знаний школьников. Зачастую школьники отвечают на вопросы тестов "методом научного тыка" – главное, набрать нужное количество баллов. А диктанты, сочинения, контрольные – это все же творческий подход. Так что я за возращение того лучшего, что было в советской школе», - заключил священник.
 
Священник Николай Святченко, председатель Отдела по миссионерской, молодежной и катехизаторской работе Гатчинской и Лужской епархии Санкт-Петербургской митрополии, напомнил, что на Единый госэкзамен возлагали определенные задачи, которые, на его взгляд, решить удалось. 
 
«Прежде всего, необходимо было избавиться от коррупции, неизбежной в то время при поступлении в вузы. Что касается отмены ЕГЭ – почему бы нет, если будет предложена какая-то альтернатива. Не могу не согласиться с Александром Приваловым, перечисляющим изъяны современного образования – они, действительно, налицо. И это повод подумать: что нужно делать, какие разрабатывать программы? Но это задача специалистов», - подчеркнул о. Николай.
 
Священник Стефан Домусчи, кандидат философских наук, кандидат богословия, доцент, заведующий кафедрой нравственного богословия Православного института св. Иоанна Богослова, отметил, что не является специалистом в вопросах средней школы, и даже высшей, хотя и преподает в нескольких университетах. 
 
«Но мне кажется верным тезис "школа - самоценное образование". Раньше так и было - когда школа сама выпускала учеников, а не была перевалочным пунктом» на пути к вузу. Это очень серьезно. Количество вузов растет, так как в нашем обществе многие считают, что получить высшее образование необходимо всем. Его и начинают получать все - независимо от способностей и предрасположенности к тому или иному роду деятельности. Из-за этого у нас не хватает специалистов-рабочих, утрачивается уважительное отношение к рабочему человеку. Все стараются закончить вузы. Считается, что человек ценен, только если он получил высшее образование и занимается интеллектуальным трудом – да ничего подобного! Мне кажется, к школе стали так относиться именно потому, что перестали ее считать местом, где получают "самоценное образование". Большинство людей уверено: нормальное образование можно получить только в институте или университете. Это серьезная ошибка. И, разумеется, все проблемы в сегодняшней системе образования в полной мере отражаются на школе», - подчеркнул о. Стефан.
 
Иерей Вячеслав Кочкин, благочинный Адамовского округа Орской епархии, руководитель отдела по взаимодействию с лечебными учреждениями Орской епархии, настоятель храма Покрова Пресвятой Богородицы п. Адамовки, отметил, что Александр Привалов, быть может, эмоционально, но точно описывает сложившуюся в школе ситуацию. 
 
«Ситуация действительно тяжелая. Общаясь со школьниками, я не могу добиться, чтобы они связно формулировали свои мысли. Но я не могу сказать, что ЕГЭ мешает мыслить и направлен лишь на формирование определенного багажа знаний. Это сложный, но объективный экзамен, в чем я смог убедиться в прошлом году, когда мой ребенок его сдавал. Все же многое зависит от того, какой сама себя видит школа. Если педагогический коллектив ставит задачу воспитать всесторонне развитую гармоничную личность, так и получается, если нет – отсюда и «узконаправленность» образовательного процесса. Да, к такому мы не привыкли. В советской школе мы получали отличное фундаментальное образование, педагоги прививали любовь к своим предметам. Но был и идеологический перекос при преподавании истории, да и всех остальных гуманитарных наук. Сейчас наша задача - соединить богатый гуманитарный потенциал с воспитательным процессом – возродить то, чем всегда славилась российская школа. Еще до революции наши великие педагоги не просто учили мыслить и давали знания, но и воспитывали личность, гражданина. В этом я с Приваловым полностью согласен. Кто только сейчас не занимается с детьми: религиозные, различные общественные организации… У школьников, как они сейчас говорят, уже "едет крыша". С одной стороны, процесс обучение направлен на хорошие результаты ЕГЭ, с другой - ребенка все хотят воспитать. Единого подхода, увы, нет. Но я бы все-таки воздержался от отмены Единого госэкзамена. Он позволил простым детям из деревни, небольших городов – таким, как мой ребенок, - получив хорошие результаты, поступить в нормальный вуз: при советской власти это было невозможно. Да, вначале в некоторых регионах выпускники, с трудом говорящие по-русски, получали по сто баллов. Но ситуацию взяли под контроль, и в этом, да и прошлом году уже не было приписок и подтасовок в таком масштабе - хотя, конечно, желающие всегда найдут лазейку», - продолжил он. 
 
«Еще одна проблема – наше государство не желает стимулировать детей, которые хотят учиться. Их попросту забирают из обычной школы. Например, у нас в Оренбургской области есть губернаторский лицей для одаренных детей, закончивших восемь классов. Эти «звездочки» должны оставаться в школе и подтягивать остальных. Но для этого нужно, чтобы педагогический коллектив школы был заинтересован в их развитии. В каждой школе раньше был "уголок славы", где помещали фотографии учившихся в ней выдающихся людей. Такого теплого отношения, искренней любви к своей альма-матер нам сейчас не хватает. Почему это утрачено, я не знаю. Знаю одно - от ЕГЭ нам отказываться нельзя, а бесконечные эксперименты погубят школу окончательно. Если совершат что-то необдуманное, сделают хуже и нашим детям, и стране – когда нет постоянных ориентиров, человек опускает руки. Да, менять что-то нужно, я согласен с Александром Приваловым. Но не резко, не необдуманно. Хватит революций – в том числе в системе образования», - заключил священник.
 
Священник Андрей Постернак, директор Традиционной гимназии, кандидат исторических наук, заявил, что не стал бы рисовать такими черными красками нашу систему образования. 
 
«И в Москве, и в регионах немало школ, которые дают качественное и посредственное образование. Думаю, так везде – в средней, в высшей, в профессиональной школе. Так что не стал бы говорить, что все рухнуло. Это преувеличенная и несправедливая картина, особенно в отношении многих педагогов, которые всю жизнь положили на образование. Но есть серьезные проблемы самой системы. Образование почти нацело свели к обучению. Знаниям уделяется много времени, а воспитание и развитие – очень важные элементы – отсутствуют. Но я бы стал в этом упрекать не школу, а всю систему общего развития подрастающего поколения, потому что на воспитание должен быть социальный заказ. И когда он будет, то и школа его будет выполнять. А поскольку воспитанию и развитию уделяется в обществе гораздо меньше внимания, то и школа переориентирована исключительно на интеллектуальный процесс. Что касается ЕГЭ, я бы не сказал, что он полностью уничтожает систему проверки знаний. Многоуровневые задания составлены грамотными людьми. И человек, который сдаст ЕГЭ, безусловно, обладает определенным багажом знаний и умений. Как правило, ЕГЭ критикуют те, кто имеет о нем смутное представление. Я не пламенный сторонник этого экзамена, но система его сдачи складывалась на протяжении более чем 10 лет, и уже есть определенный механизм. Так что лучше совершенствовать и развивать то, что имеем, а не ломать и перекраивать сложившуюся систему. Лучше уделять больше внимания проблеме воспитания и развития. А отменять ЕГЭ - это избитый лозунг, эффекта уже не имеет, да и можем ли мы это сделать - тоже большой вопрос», - подчеркнул он.
 
#fc3424 #5835a1 #1975f2 #0556a1 #425187 #5f41ea