Вход

Контакты и реквизиты

Адрес: Чувашская республика, г.Алатырь, пл.Октябрьской революции 1

E-mail:

Банковские реквизиты:
Местная религиозная организация
православный Приход храма Рождества Пресвятой Богородицы
г.Алатырь Чувашской Республики
429800 Чувашская республика, г.Алатырь, пл.Октябрьской Революции 1
Расчетный счет №40703810475070100107
Корр. счет №30101810300000000609
БИК 049706609 ИНН 2122002312
в Чувашском ОСБ 8613 г.Чебоксары
с пометкой "для Фонда"

Новости Православие.Ру

Слово о святой обители
Рейтинг:   / 2
ПлохоОтлично 

СЛОВО О СВЯТОЙ ОБИТЕЛИ

Историческое описание Свято-Троицкого Алатырского мужского монастыря

Автор-составитель — иеродиакон Корнилий (Уланов)

© Свято-Троицкий Алатырский мужской монастырь, Издательство ООО «ОМТА»

2005 г.

 

Свято-Троицкий Алатырский мужской монастырь, слово о котором — содержание книги, не пустынь северных лесов, не величественное творение державных ктиторов, эта обитель скромно и тихо укрылась в маленьком поволжском городке и вот уже более 400 лет хранима Промыслом Божиим, переживая расцветы и упадки, славу и гонения.

Внимательный взгляд на историю православного монастыря, места духовного подвига и исповедничества христианского, не удовлетворит лишь сухое изложение хронологии событий, когда возможно увидеть те плоды, которые приносит самоотверженная и жертвенная евангельская любовь ко Христу, плоды трудов угодников Божиих, имена которых история обители незабвенно хранит.

И слово о святой обители, как и всякое слово, должно открыть и передать нам таинственную глубину, сущность своего предмета, именно, духовный смысл и источник доверия и любви братии и благочестивого народа к монастырю, история которого — жития посвятивших себя Богу людей, насельников, прихожан, благодетелей — есть живая проповедь Евангельского пути, ведущего в Царствие Божие.

На Руси жития святых всегда были любимым чтением и поучением народным. Из них, как и из богослужебных текстов, люди усваивали православные догматы, церковные каноны, запоминали и единодушно оценивали исторические факты и события с позиции христианского мировоззрения, видели нравственное правило святой жизни.

Жизнеописание угодника Божия в глазах его позднейших потомков несло в себе, помимо нравственного примера, возможность увидеть плоды духовные, как божественная благодать, изливаемая с избытком в чистое и горящее сердце подвижника, обогащает его многочисленными способностями и дарами, преображая через него весь окружающий мир, духовный и материальный, тогда как внутренняя его жизнь всегда оставалась тайной, сокровищем его сердца, ведомым лишь единому Богу.

Жизнеописания подвижников веры, насельников святых обителей назидательно и ярко откладывались в благочестивых сердцах и зажигали их подражанием монашескому подвигу и желанием дальнейшего процветания и укрепления монастырей.

Важное место занимали чудеса и исцеления от мощей или гробниц угодников Божиих. Время почитания святого вписывало особые страницы в историю монастыря, благодарность исцеленных давала возможность материального развития обители и притока иноческой братии.

Редко история монастыря долго хранила равномерное и плавное свое течение. Промыслом Божиим в монастырь приходили и строители, и разорители, и подвижники, и разбойники. Жизнь в монастыре подобилась временами то живоносному источнику, то неподвижному болоту. Монастырские летописи бесстрастно перебирали дни календаря, учитывая всевозможные бытовые и хозяйственные события, собирая выписки и грамоты, приходно-расходные книги, разбирая различные вотчинные недоимки и рапорты недостойных насельников. Архивные материалы конкретно и сухо хранили даты, хроники строек и пожаров, списки и однотипные биографии насельников, не выделяя отдельные светлые и темные страницы, предлагая внимательному исследователю самому оценить тот или иной период монастырской жизни.

Конечно, самые яркие события в жизни обители не требуют особых архивных папок, как и светлая память тех, кто своим подвигом и трудом, самоотверженностью и молитвой сохранили и преумножили таланты, данные им Богом, прославили монастырь и чин монашеский, христианским примером насытили души братии и прихожан. Жизнеописания таких подвижников оживотворяют монастырскую летопись, составляя её основную часть, исполненную небесным, благодатным светом, оттеняя весь остальной, хотя и долгий, период существования обители.

Книга эта далека от полноценного исторического обзора, её цель увидеть в истории святой обители людей, угодников Божиих, таким образом, чтобы не незаметно вплелись в хронологию человеческие судьбы, а события стали итогами, плодами самоотверженного жительства и пламенной христианской веры.

ВЕЛИКИЙ ТРУЖЕНИК ДУХОВНЫЙ

Свет во откровение языков

Датой основания города Алатыря принято считать 4 августа 1552 года, когда был он основан по указу царя Иоанна IV Васильевича Грозного, во время похода его на Казань, на реке Суре и при устье реки Алатырь, по которой и получил свое название. Укрепленное от природы место соединения двух рек благоприятно способствовало возведению здесь пограничного города. Имелась и грамота, данная алатырской соборной церкви 17 февраля 1706 года от Нижегородского и Алатырского митрополита Исаии, на челобитную алатырского протопопа Феодора и ключаря попа Михаила. В этой грамоте, между прочим, было сказано: «Как Его Государево шествие было под Казань, построен город Алатырь и соборная церковь, да придел Иоанна Предтечи, поставил он, Великий Государь, по своему обещанию в тот придел образ, который и ныне на Алатыре в соборной церкви»1.

В северо-восточном углу города, обращенному к устью реки Алатырь при впадении её в Суру, на горе было устроено Иоанном Грозным укрепление — пятиугольный «рубленый город», ограждённый снаружи рвом, а внутри бревенчатой двойной стеной с семью дозорными и проезжими башнями2. Одна из этих башен носила название Силинской, другая — Московской3. Башни были дубовые, рубленые в четыре угла. Внутри города была выстроена деревянная тёплая соборная церковь святого и праведного Алексия человека Божия с приделом во имя святого пророка Иоанна Предтечи. Построена она была на том месте, где в настоящее время стоит каменный собор в честь Усекновения главы Иоанна Предтечи. Рядом с собором была приказная изба, место суда и расправы, воеводский двор с поварней, ледником и конюшней. Далее стояли соляные амбары, погреб, где хранился порох, тюрьма и другие необходимые строения4. На некотором расстоянии от рубленой крепости находился ограждённый высоким забором острог, в северо-западной части которого и был построен в те же годы Свято-Троицкий мужской монастырь5. Южнее мужского монастыря, на берегу реки Алатырь, поселены были ямщики. Ямская слобода была названа Алатырским посадом. Южнее по высокому берегу реки Суры поселены были казаки, образовавшие Казачью слободу. Рядом с Казачьей слободой в западном направлении находилась Стрелецкая слобода6. Таким было устройство Алатыря в первые его годы, русского пограничного города на земле, населённой поволжскими языческими народами.

Правили в то время мордвою — народом, населявшим приалатырские земли, — князья Еделевы, жившие в соседнем городе Ардатове; в войсках царских служила темниковская мордва со своим князем из рода Еникеевых. В разных селениях по пути государя Иоанна Васильевича в его казанском походе мордва, чуваши, черемисы покорно встречали московского царя, приносили ему чашки с землёй и песком, что означало добровольное покорение, и тогда же крестились. Царь Иоанн Васильевич строил новокрещённым церкви и жаловал их иконами, иконостасами, церковной утварью.

Утвердив власть свою над Казанью и Астраханью, русский царь Иоанн Васильевич сделался обладателем всех народов, живших в областях поражённых татарских царств, и в первую очередь он принял самые решительные меры для распространения христианства. Крещение сопровождалось разрушением мечетей у мусульман, священных рощ у язычников, вотчины местных князей велено было «раздать боярам в раздачу для крещения»7. В надежде, что духовные лица ещё ревностнее, чем служилые люди, позаботятся о крещении поволжских народов, языческие сёла стали раздавать монастырям. Долгое время крещение шло успешно. Покрестившись, бывшие язычники получали поначалу многие льготы при уплате податей, однако льготы эти оставались недолго. Затруднительные обстоятельства Смутного времени потребовали денег, льготы были отменены, и смирная дотоле новокрещённая мордва возмутилась, последовал ряд бунтов. Особенно же пострадали православные монастыри, нёсшие язычникам свет христианской веры. Современники тех трагических событий архимандрит Дионисий8 и келарь Авраамий9 писали царю Михаилу Феодоровичу об Алатырском монастыре следующее: «Того монастыря двух игуменов в воду посадили, третьего с башни сбросили, четвертого священника черного зарезали, и монастырь разграбили, и жалованные грамоты и всякие монастырские крепости похитили, и за острогом монастырскую землю завладели посадские люди, а вотчинами и всякими угодиями завладели татары и мордва»10. Вследствие такого бедственного положения, бесчинств и грабежей язычников, зверства которых коснулись непосредственно смиренных иноков, монастырь был приписан к Троице-Сергиевой Лавре. Начальный момент приписки имел место ещё в феврале 1612 года, когда «по указу московских бояр и всея земли» была удовлетворена просьба алатырского игумена Евфимия. Он просил разрешения для перехода его маленькой, запустевшей от «воровских людей» обители под защиту Троице-Сергиева монастыря. В дальнейшем приписка была оформлена включением Алатырского монастыря в состав общих жалованных грамот 1617, 1624, 1625 годов11.

Троицкие власти послали в Алатырь своих проповедников, которые повели дело гораздо успешнее, некоторые мордвины даже сами стали просить о крещении. Так, в апреле 1618 года, покрестившись и постригшись в монашество, старец Троице-Алатырского монастыря Никифор (в миру — мурза12 Досай Иванов) дал свою «вотчину жеребей двои знамени Ишухутинской ухоже» на правобережье реки Суры13, в 1619 году другой мордвин дал в Троицкий Сергиев монастырь вклад, прося за то его окрестить. Тогда же мордвин, названный во святом крещении Тихоном, отдавая Троицкому Сергиеву монастырю свою родовую вотчину Кирмальский-Ухожей, сам просил о водворении его между христианами, «чтоб ему христианския веры не отбыти»14. С 1630 по 1634 год настоятелем Свято-Троицкого монастыря был строитель Симон15, ученик настоятеля Троице-Сергиевой Лавры архимандрита Дионисия, ревностный почитатель, собиратель чудес и составитель жития преподобного Сергия Радонежского. Симон потерпел в Алатырском монастыре от городских жителей много скорбей16 и после смерти своего наставника вернулся казначеем в лавру.

Много пострадал Алатырский монастырь и от возмущений самозванцев17, разбоев казака Заруцкого18, Стеньки Разина19, к которым всегда примыкали местные народы, желавшие былой вольницы20.

К концу XVII века Поволжье утихло, Алатырь после разорения разинцами был восстановлен воеводой Иваном Еверлаковым, Свято-Троицкий монастырь стал возрождаться и перестраиваться. Было это время невероятной бедности монастыря. Братии в обители оставалось лишь несколько человек, рабочих для строительства нанять средств не было. В ведомости Синода за 1741 год значатся в Алатырском монастыре в 1735 году один строитель монах, один иеромонах, шесть монахов. По другой описи: один строитель иеромонах, один иеромонах, шесть монахов, шесть наёмных (певчие, дьякон)21. Несмотря на трудности, в 1748 году настоятель монастыря иеромонах Меркурий положил начало строительству первого в обители каменного храма в честь Живоначальной Троицы. И сам настоятель, и, по его ходатайству, епископ Нижегородский и Алатырский Вениамин (Пуцек-Григорович) не раз обращались и к самой императрице Елизавете Петровне, и в Синод, и в управляющую монастырём Троице-Сергиеву лавру. Прошения их не оставались без ответа. В монастырь были переведены 10 монахов из лавры, а в отношении строителей было разрешено нанимать рабочих из вотчинных крестьян и вменять им строительство нового собора вместо обычных податей22. Строительство было закончено в 1753 году при строителе иеромонахе Иоанне, и 13 ноября 1754 года Троицкий собор был освящен. В 1764 году, с введением штатов в монастырях, Свято-Троицкий Алатырский монастырь перестал быть приписным к Троице-Сергиевой лавре, получил самостоятельность, положен был в 3-ем классе, и настоятель его снова сделался не строитель, а архимандрит23. В том же году в него были переведены один иеромонах и четыре монаха из упразднённой Преображенской Старцеугловской пустыни24. По списку братии, составленному в 1766 году настоятелем архимандритом Геннадием, в монастыре проживали кроме отца настоятеля ещё семь иеромонахов, три иеродиакона и четыре монаха25. В конце XVIII века было основано Алатырское русское училище26, в котором обучались дети духовенства, готовящиеся принять священный сан.

Но мирная и благочестивая жизнь Алатыря была скоро нарушена пугачёвским бунтом27. Разбитый под Казанью 18 июля 1774 года, Пугачёв переправился на правый берег реки Волги с 500 отборными казаками, взял здесь город Цивильск, а затем, преследуемый правительственными войсками, направился к Симбирской губернии, разбрасывая по пути во все стороны воззвания, в которых объявлялись народу свобода, истребление дворян, освобождение от повинностей и бесплатная выдача соли. Воззвания эти писались с громким титулом: «Божиею милостию Мы, Петр Третий, Император и Самодержец всероссийский». 20 июля 1774 года Пугачёв с небольшим отрядом переправился вплавь через Суру к городу Курмышу и торжественно в него вступил, но, боясь быть настигнутым, он наскоро ограбил город, назначил своего воеводу и сам направился к Алатырю. На пути к городу, в тогдашнем Алатырском уезде, на левом берегу Суры, в Сурских лесах находился казённый винокуренный завод. Здесь проживали администрация, множество рабочих. На этот завод под охрану населения собралось множество окрестных помещиков, но не суждено было этим несчастным здесь спастись: шайка Пугачёва, идя к Алатырю, проникла и сюда. Начались страшные бесчинства и кровопролитие, при поголовном почти избиении дворян и чиновников не щадились ни возраст, ни пол — истреблялись целые семейства. Вместе с помещиками перебито было много старост, приказчиков и рядовых крестьян за их преданность своим господам. Убиты были также пять священников и один диакон28.

Совершив такие ужасы на заводе, Пугачёв со своей шайкой пошел далее и 24 июля вступил в Алатырь, окончательно уничтожив огнём древнюю деревянную крепость. Народ принял Пугачёва с хлебом-солью, и среди тех, кто встречал мятежника, стояли и несколько иноков из мужского монастыря29, чуть не выдавшие разбойникам своего настоятеля архимандрита Иону30. Шайка мятежников немедленно предалась обычному грабежу, многие церкви были ограблены, а девичий Старо-Николаевский монастырь был совершенно разрушен. Среди алатырцев сохранилось предание, что напротив собора под дубом выстроена была виселица, на которой Пугачёв вешал дворян и помещиков, не хотевших ему присягать.

Спеша к Саранску, Пугачёв пробыл в Алатыре очень недолго, но остатки его шаек и взбунтовавшиеся крестьяне ещё долгое время продолжали разбойничать, убивая дворян и разоряя их имения. В сентябре 1774 года заговорщики выдали Пугачёва властям. 10 января 1775 года он был казнён в Москве на Болотной площади.

В 1775 году, в ночь на 28 сентября, обитель постигло новое бедствие. Во время пожара, начавшегося в городе, в монастыре сгорела часть построек: два здания братских келий, колокольня с двумя колоколами и боевыми часами и четвёртая часть деревянной ограды31. С тех пор вся деревянная монастырская ограда заменена была каменною. Огонь истребил также монастырский архив с находившимися в нём документами. Для восстановления каменной стены архимандриту Ионе, по его прошению, были выделены Сенатом 500 рублей32. Сам же старец архимандрит Иона претерпел многие скорби на своем монашеском пути, так как не имел справки на увольнение из крестьянства. Синод поначалу постановил лишить его сана, монашества и вернуть в прежнее состояние. Однако Высочайшим Императорским повелением настоятель был прощён и помилован33. Умер и погребён архимандрит Иона напротив алтаря Сергиевской церкви в 1781 году34.

После него состояние обители стало совсем плачевным, братии почти не стало, настоятель игумен Самуил в 1790 году был отстранён от настоятельства за беспорядки, затем в 1794 году возвращён и в 1796 году за растраты снова отстранён и осуждён35.

И тысячи вокруг тебя спасутся

Новая славная страница открылась в истории Троицкой Алатырской обители, когда настоятелем был назначен в 1796 году игумен (архимандрит с 8 декабря 1797 года) Авраамий (Соловьев).

Архимандрит Авраамий, в миру Андрей Фёдорович Соловьев, родился 26 ноября 1756 года в городе Серпухове Московской губернии в семье русского купца. Получив домашнее образование, он в 1776 году поступил послушником в Саровскую пустынь, где был пострижен в монашество в августе 1786 года строителем иеромонахом Пахомием36, а в октябре того же года рукоположен в иеромонаха Преосвященным Виктором, епископом Владимирским и Суздальским. Затем, по просьбе Высокопреосвященного Гавриила, митрополита Новгородского и Санкт-Петербургского, иеромонах Авраамий был переведён в 1792 году в Новгородскую Eпaрхию, в Иверский Валдайский монастырь, наместником, затем в Черемнецкий богословской монастырь Санкт-Петербургской епархии, также наместником.

В 1795—1796 годах Нижегородский епархиальный архиерей епископ Павел (Пономарёв) был весьма обеспокоен состоянием дел в Алатырском Свято-Троицком монастыре и прилагал энергичные усилия к поиску нового настоятеля, который сумел бы привести духовную и хозяйственную жизнь монастыря после печального времени настоятельства игумена Самуила в должную исправность. Внимание владыки привлекла Саровская пустынь, бывшая в числе наиболее устроенных в духовном отношении российских монастырей, со строгим уставом, старческим руководством и высокой жизнью монахов. В Сарове ему указали на иеромонаха Серафима37, который в те годы проживал в пустынной келии, сподобившись от Господа многих благодатных дарований. Преосвященный Павел трижды просил иеромонаха Серафима принять настоятельство в Алатырском монастыре. Но преподобный к тому времени уже твёрдо избрал путь пустынножительства и молитвенного подвига, а потому, по смиренномудрию своему, упросил настоятеля иеромонаха Исаию38 отказать в просьбе Преосвященного и направить в Алатырь другого саровского постри-женника, иеромонаха Авраамия39. Вместе с тем батюшка Серафим обещал до скончания дней молиться за Свято-Троицкую Алатырскую обитель. После того преподобный, как древний столпник, тысячу дней и ночей молился, стоя на камне в глухом лесу.

Близкая, братская духовная связь между отцами Авраамием и Серафимом поддерживалась и тем, что оба они были пострижены в монашество одновременно, в августе 1786 года, настоятелем Саровской пустыни иеромонахом Пахомием. Рукоположенный в пресвитерский сан Авраамий, проявивший особые способности в управлении монастырскими делами, был назначен настоятелем в мужской монастырь на Валдай, а в 1795 году — в Свято-Троицкий Алатырский мужской монастырь «для заведения общежития по примеру Саровской пустыни»40. В начале XIX столетия обителью был перенят строгий Саровский иноческий устав, а сам настоятель не раз навещал Саровскую пустынь, поддерживая тесную связь со старцем Серафимом, испрашивая у подвижника молитв и благословений. «Стяжи дух мирен, — учил духоносный саровский подвижник, — и вокруг тебя спасутся тысячи». Боговдохновенные слова эти на всё время жизни легли на сердце алатырского архимандрита, нового светильника, светящего во славу Божию добрыми делами (Мф. 5, 16).

«Незабвенный сей настоятель, — писал в своих дневниках профессор Симбирской духовной семинарии К. И. Невоструев41, — управляя монастырём, вполне оправдал мнение о себе высокого своего покровителя митрополита Гавриила и исполнил мысль епархиального Преосвященного. При нем была открыта общая, открытая для страждущих, трапеза и одежда, скромные же общедуховные подвиги и телесные работы, паче же, между всеми царствовали мир и согласие, доселе с восторгом вспоминаемые. Ничем не отличаясь от прочих настоятелей, подавал всему пример, и сим-то привлекал к себе всех и препобеждал все.

Рассказывают, что в беспрерывные почти при нем стройки вся братия во главе его участвовала в работах. Совокупными также силами справлялись нужды и содержание. Трудолюбие до изнеможения сил, строгость и воздержание в жизни, смирение и кротость в обращении, примерное благочестие, нестяжательность, милосердие, благоразумие, проницательность отличали сего редкого мужа. Денно и нощно трудился он над устроением упадшей обители, украшая храмы и прочие здания, привлек многих усердных христиан к великим пожертвованиям и по всем частям привел монастырь в лучшее пред многими, цветущее состояние»42.

Первым делом отец настоятель принялся восстанавливать уже совсем обветшалые храмы Свято-Троицкого монастыря и Свято-Духовой пустыни, расположенной на берегу реки Суры и приписанной к монастырю в 1796 году по общему желанию жителей города Алатыря. В 1797—1801 годах архимандрит Авраамий построил у северной стороны Троицкого храма новую каменную церковь во имя преподобного Сергия Радонежского на месте упразднённой в том же году деревянной церкви Богоявления Господня. В 1805—1808 годах сам храм Святой Троицы был снаружи и внутри значительно обновлен и перестроен, а к 1806 году с южной его стороны была выстроена новая каменная трёхъярусная колокольня высотой 55 метров с площадью основания 72 квадратных метра43, с 10 колоколами общим весом в шесть с половиной тонн и наибольшим колоколом, весом в четыре тонны44. 20 июня 1808 года Троицкий храм был заново освящён, а в 1814 году к западной его стороне был пристроен придел во имя святителя Димитрия, митрополита Ростовского. В 1845 году новая колокольня была увенчана особым шпилем.

При труженике настоятеле, в 1822 году, стала вестись казначеем иеромонахом Антонием летопись обители, которая после монастырских пожаров единственная сохранила до наших дней историю важного события — обретения нетленных мощей блаженного старца Вассиана45.

Большое внимание уделял настоятель условиям жизни всё возраставшего числа монашеской братии. В 1818 году западным продолжением здания Сергиевского храма был выстроен кирпичный келейный жилой корпус для братии, а рядом — двухэтажные настоятельские покои, причем в 1825 году к настоятельским покоям были пристроены еще восемь монашеских келий. Все постройки занимали южную половину монастырской земли, северный же склон горы вблизи полотна железной дороги, был занят фруктовым садом. Весь монастырь в 1807 году был обнесён по периметру в 650 метров трёхметровой каменной оградой46.

Усердием настоятеля монастырю были переданы в пользование необходимые участки пашни и леса, несколько озёр, мельница в трёх километрах от города на реке Бездне.

За 31 год управления святой обителью «великим своим старанием и усердием привел он весь монастырь в цветущее состояние»47. 30 апреля 1827 года подал 70-летний старец прошение на покой «за старостью и слабостью лет своих, и за слепотою очей»48 и на следующий год был уволен от настоятельства49.

Лишившись совершенно зрения, в уединённой монашеской келии, при одном послушнике50, и ежедневно присутствуя за богослужением в церкви, провёл великий труженик духовный старец Авраамий в своём Алатырском Троицком монастыре ещё 10 лет в терпении болезней и богомыслии. Скончался он 11 августа 1837 года на 81-ом году своей богоугодной жизни и погребён напротив алтаря Троицкого храма.

Плоды самоотверженной деятельности архимандрита Авраамия не только в годы его настоятельства, но ещё долгое время спустя оставались видны в духовной жизни города и монастыря, по меньшей мере, до середины XIX столетия, в течение которого обитель была управляема чредой духовных воспитанников старца, сохранивших духовное преемство и жертвенный дух саровского постриженника и алатырского подвижника, незабвенного архимандрита Авраамия.

Благодетели и наследники

Самоотверженная жизнь, добродетели и всеобъемлющая любовь архимандрита Авраамия привлекали к нему сердца многих, как из монашествующей братии, так и из благочестивых мирян, жителей города Алатыря и окрестностей. Благодаря этому монастырь обрёл многих своих неизменных благодетелей, главными из которых, бесспорно, явились Иван Васильевич Чирков и Мария Фёдоровна Кикина.

Благотворительность, радостный плод жертвенной духовной жизни, дарование, данное по благодати (Рим. 12, 6—8), всегда было показательным качеством великодушного православного дворянства. Прежде всего, это было строительство храмов, приобретшее особенный размах в XVII—XVIII столетиях. Часто помещиками храмоздательство воспринималось как возможность искупления своих грехов, но были и те, кто строил церкви «от избытка сердца». Даже многие новокрещённые мордовские и татарские мурзы, понимая великую благодать, полученную в таинстве, и испытывая великую радость и благодарность Богу, начинали строить храмы. Алатырский служилый дворянин Важен Игнатьевич Топорнин между 1641 и 1645 годами выделил нескольким монахам часть своей земли в вотчине Большое Талызино, построил кельи и небольшую деревянную церковь в честь Преображения Господня, тем самым положив начало новому монастырю — Преображенской Старцеугловской пустыни51. Темниковский дворянин Лука Евсюков в 1659 году основал на своих землях Санаксарский монастырь и затем 30 лет помогал ему. С помощью помещика Николая Евграфовича Кикина крестьяне села Трофимовщина построили большой деревянный Троицкий храм. Родственницей Николая Евграфовича и была майорша Мария Фёдоровна Кикина, известная благотворительница Алатырского Троицкого монастыря.

Говоря о духовном наследии старца Авраамия, никак нельзя умолчать об этих деятельных проповедниках благовестия Христова, подвижниках и исповедниках божественного милосердия. Рассказывают, что Мария Фёдоровна имела такую крепкую веру и упование на помощь Божию и молитвы архимандрита Авраамия, что, случись в монастыре неотложная потребность, тут же, без всякого промедления, она изымала нужные суммы, зачастую весьма значительные, и приносила их в обитель. Бывало и так, что, не имея в одночасье потребных денег, Мария Фёдоровна, нимало не колеблясь, занимала в долг, и Господь в самом скором времени воздавал за такую великую жертвенность и веру, ещё более умножая её состояние.

Именно средствами Марии Кикиной в 1805—1807 годах была построена, вместо обветшалой деревянной, каменная церковь Казанской иконы Божией Матери в Ключевской пустыни, в 1812—1817 годах был выстроен и богато украшен внутри придел святителя Димитрия Ростовского при трапезе Троицкого храма. Особенно почитала благочестивая Мария Фёдоровна чудотворные Казанскую икону Божией Матери и Нерукотворенный Образ Спасителя. Когда архимандрит Авраамий изготовил для этих икон дивные позолоченные серебряные ризы и оклады, то именно благодаря усердию помещицы засияли в этих ризах бриллианты, рубины, аметисты, большие изумруды.

Скончалась Мария Фёдоровна 14 сентября 1819 года и погребена была архимандритом Авраамием на монастырском кладбище за алтарем Троицкого храма. Согласно составленному ею завещанию, всё поместье её отошло монастырю.

Дети Марии Фёдоровны52, воспитанные ею в христианском жертвенном благочестии, также старались по возможности делать вклады для украшения обители. Известно, как Петр Андреевич Кикин пожертвовал для чудотворной Казанской иконы Матери Божией одиннадцатикилограммовую серебряную лампаду53, а Алексей Андреевич передал в вечное пользование монастырю в 1822 году собственную усадьбу, что было в 1829 году утверждено в межевой книге.

Другим замечательным благодетелем монастыря был также духовный сын старца Авраамия, гвардии прапорщик Иван Васильевич Чирков. Его усердием в 1804—1806 годах был значительно обновлен Троицкий храм, пристроены новый алтарь, трапезная, отремонтирован купол, всё заново покрыто железом и покрашено, а с северной и южной стороны были пристроены особые крылечки с колоннами и фронтонами. Позже Иван Васильевич пожертвовал в храм новый резной трехъярусный позолоченный иконостас с иконами, писанными в арзамасской школе Ступина.

Не менее важным было и то наследие, которое сохранилось в сердцах у братии обители, воспитанников старца Авраамия, после увольнения любимого настоятеля на покой, — самоотверженные труды на благо монастыря и евангельская любовь к Богу и людям. Преемником на должности настоятеля стал двоюродный брат и постриженник отца Авраамия, архимандрит Арсений, вызванный в сентябре из Казанского Кизического монастыря. Начав свои монашеские труды в Черемнецком монастыре под началом своего брата, тогда уже настоятеля, отец Арсений вместе с ним переехал и в Алатырский монастырь, где был назначен на должность казначея. С 1806 по 1827 годы он был настоятелем Кизического монастыря в Казани. Будучи снова в Алатырском монастыре уже настоятелем, архимандрит Арсений во всём старался походить на своего брата, жившего здесь же в обители на покое и до самой кончины остававшегося его духовным наставником. При сходном со своим старцем характере он был весьма общителен и всеми любим, как высшими и благородными, так и простыми людьми и братией, а также сострадателен к бедным, что особенно проявилось в голодный 1833 год54.

Как и архимандрит Авраамий, отец Арсений был самоотверженным и ревностным устроителем жизни монашеской. Много сил было им положено на возобновление приписной Духовой пустыни на реке Суре. От основания пустыни там оставались только два ветхих деревянных храма: в честь Святого Духа и Иверской иконы Божией Матери с приделом во имя Иоанна Богослова, где находилась чудотворная Иверская икона Пресвятой Богородицы. Церковь Иверской иконы Божией Матери в 1830 году была передана в село Мирёнки Алатырского уезда, а на её месте в том же году архимандрит Арсений заложил каменный тёплый храм во имя святого мученика Иоанна Воина. Тогда же им были выстроены четыре каменные братские кельи и отдельный каменный двухэтажный корпус, в верхнем этаже которого были расположены кельи настоятеля, а в нижнем — братская трапеза, кухня и ещё четыре кельи. 8 июня 1831 года вновь выстроенная церковь святого мученика Иоанна Воина была освящена, и в тот же день был заложен другой холодный каменный храм во имя Святого Духа, который был построен и освящён 6 июля 1833 года55. В пустынь были переведены несколько человек братии из монастыря, желавших особенно безмолвной и уединенной жизни.

Много потрудился во славу Божию архимандрит Арсений, укрепляемый на все труды свои молитвами и благословением своего благочестивого старца Авраамия56, пережившего на несколько лет своего брата по крови и сына по духу. Над могилой приснопамятного настоятеля и возобновителя Свято-Духовой пустыни, в нескольких метрах от храма Святого Духа, поставлен был гранитный памятник с высеченною на нём надписью: «Здесь покоится тело Троицкого мужского монастыря отца архимандрита Арсения, в Бозе почившего 30 октября 1834 года на 74 году от рождения. Погребен в обители, им сооруженной, в коей кроме древнего деревянного храма ничего не было»57.

Другим учеником и преемником старца Авраамия был его келейник и воспитанник Александр Михайлов, названный при постриге самим старцем также именем Авраамий.

Родился Александр в 1805 году и в самом раннем детстве остался сиротою. Взяла его к себе старшая сестра, жившая и трудившаяся со своим мужем на винокуренном заводе, в лесу за Алатырем. Провёл он в том лесу все свои детские годы и полюбил его на всю свою жизнь. Воспитанный сестрою в строгих правилах, будущий подвижник часто слышал от неё рассказы о святых угодниках Божиих, и сердце благочестивого отрока возгоралось любовью ко Господу. Когда сестра его умерла, его взяли в Симбирск другие родственники. Здесь он закончил гимназию и поступил в Казанский университет. Учился отлично, но ещё более преуспевал в благочестии. Живя на попечении профессора Магницкого, он пользовался его библиотекой, читая больше книги религиозного содержания. Пламенея ревностью к монашескому житию, Александр с товарищем решили уйти в Саровскую пустынь и там остаться навсегда. Путь их лежал через Алатырь, куда пришли они 30 июня 1823 года. Придя в монастырь, прошли они сразу в церковь, где увидели, как слепой старец пел на клиросе и топил печь. Александру так понравилось в монастыре, что он решил здесь остаться, а товарищ его отправился в Саров. Настоятель архимандрит Авраамий благословил юношу на послушание в просфорню. Новый послушник совершенно покорил волю свою старцу, соблюдал строгий пост, не пропускал ни одной церковной службы. Был он по примеру настоятеля и весьма сострадателен к бедным. Раз пришёл к нему нищий и попросил старых сапог. Послушник Александр пошёл спросить благословения, и старец благословил его дать бедняку новые, недавно сшитые Александру сапоги. С радостью послушник отдал свою обновку. Много насмешек и грубостей потерпел стыдливый и целомудренный юноша от окружающих, потому что был он чистой девственной жизни, с нежным сердцем. Полюбив его за кротость и незлобие, ослепший старец Авраамий взял Александра к себе келейником и до конца жизни с ним не расставался, так что и скончался в 1837 году на его руках. Бывший уже в то время настоятелем, архимандрит Арсений тоже любил кроткого юношу. Через 10 лет послушник Александр был пострижен в монашество и, по желанию старца Авраамия, также получил имя Авраамий. Старец был очень рад и предрек своему соименнику, что будет он со временем архимандритом и настоятелем Троицкого монастыря. Вскоре по пострижении, в 1833 году, монаха Авраамия рукоположили в священника и назначили казначеем, а в 1854 году избрали настоятелем обители с возведением в сан архимандрита.

Был он небольшого роста, тонок, голос и походка были тихими и спокойными, лицо выражало смирение и доброту. Всё существо его, казалось, дышало девственною чистотою. При совершении богослужений, и особенно Литургии, он был величествен, во всех чертах его изображалось благоговение и сознание того, какое великое таинство он совершает. Когда же сам он не служил, то занимал место чтеца — читал шестопсалмие и каноны. Всегда были особенно близки ему все бедные и скорбящие, одни получали от него помощь, другие — советы и утешение. Его кротость, милосердие, ласковое обращение привлекали к нему многих. Отовсюду шли к архимандриту Авраамию, как к родному отцу, со своими горем и бедой, и он всех с любовью принимал.

Кончину свою он предвидел заранее. С первого же дня своей болезни в августе 1869 года он начал распоряжаться касательно своей смерти. Старец пособоровался, приобщился Святых Христовых Таин и все свои дела передал казначею иеромонаху Паисию. Затем приказал приготовить себе облачение, сам пересмотрел его и попросил уложить на стол в гостиную. Сам же заказал себе гроб и приказал столяру принести его тотчас, как только услышит несвоевременный удар колокола58. После того продиктовал рапорт архиерею о своей смерти, зная, что старенькому иеромонаху Паисию всё это будет затруднительно; и точно, едва хватило сил у отца Паисия, чтобы совершить его погребение. Окончив все труды, архимандрит начал пускать к себе всех посетителей, как бы это ему ни было трудно. Все выходили от него, обливаясь слезами. 1 сентября за час до смерти старец приказал созвать братию монастырскую, всех благословил, со всеми простился и, отпустив их, благословил читать себе отходную. После отходной архимандрит Авраамий попросил прочитать акафист Спасителю, приложился к иконе и тихо скончался59.

НЕОСКУДЕВАЕМЫЙ ИСТОЧНИК БЛАГОДАТИ

Игумен с Валаамских берегов

Святая Русь никогда не оскудевала подвижниками, исповедниками веры, от избытка сердец которых — неоскудеваемого источника благодати — зажигались благочестивой ревностью и сердца всех их благодарных учеников и последователей.

После времени пламенного горения саровского светильника, сотаинника преподобного Серафима, архимандрита Авраамия, новый период монастырского расцвета наступил весной 1903 года, когда с далеких Валаамских берегов Ладожского озера прибыл настоятелем игумен Гавриил1 с возведением в сан архимандрита.

Этот незабвенный труженик и благоустроитель Валаам-ской обители 37 лет нёс свой монашеский подвиг на Валааме, из них настоятелем был двенадцать лет. За своё долголетнее управление он воспитал многих достойных учеников, которые были назначены настоятелями в различные российские монастыри. Всеми любимый и почитаемый игумен Гавриил с юных лет возлюбил Господа и посвятил себя Ему на служение. На 18-ом году он оставил мир и удалился в Валаамский монастырь, где проходил со смирением все послушания. Юный подвижник, имея особое усердие к духовной жизни, испросил себе у игумена обители благословение удалиться из монастыря в строгий постнический скит Святого Иоанна Предтечи под руководство старца и молчальника схимонаха Иоанна. Благочестивая жизнь юного послушника сразу обратила на себя внимание игумена Дамаскина, который благословил постричь его в монашество с именем Гавриил. Постриг был совершён 17 апреля 1880 года на торжественной соборной службе в присутствии всей монастырской братии.

Монах Гавриил после пострига ещё более стал укрепляться в духовной жизни. Живя в обители, где все хозяй-ственные нужды исправлялись самой братией, монах Гавриил старался вникнуть во все послушания. Он учился церковной живописи, замечательно пел и управлял клиросом, а также сделался большим знатоком по строительству. Скоро монастырское начальство обратило на него особое внимание, и в 1881 году он был рукоположен в иеродиаконы, а через три года — в священники и определён казначеем. 19 июня 1886 года иеромонах Гавриил был назначен наместником, а в 1891 году — игуменом монастыря.

Развернув обширную хозяйственную деятельность, игумен Гавриил сделал монастырь крупным производителем сельскохозяйственной продукции. Вырученные от хозяйства монастырского средства позволяли как вести широкое строительство, так и заниматься благотворительной деятельностью. За один только 1901 год рухольная пожертвовала бедным паломникам обуви и одежды почти на 2000 рублей — огромные деньги по тому времени. Карельским беднякам раздавали овощи, семена, сено. Монастырский доктор бесплатно обеспечивал лекарствами всех приходящих.

Однако, предаваясь хозяйственной деятельности, игумен Гавриил не забывал о главной цели монашества и любил повторять, что «без любви нельзя построить ничего, заслуживающего благодарности». При всём том был он делателем непрестанной молитвы, к которой навык с молодости.

Игумен Гавриил, большой любитель церковного пения, заботился о сохранении древнего одноголосного валаамского распева. Именно его усердием в 1893 году впервые была произведена запись нотных текстов, и валаамские песнопения не были безвозвратно утрачены в последующие годы.

Игумен Гавриил приложил все свои силы на благо любимой обители, его трудами был отделан храм Преображения Господня, причём над живописью собора игумен Гавриил потрудился лично. Его заботой построены подворья в Санкт-Петербурге и Москве. Число братии в Валаамской обители возросло до 1300 человек, тогда как до его настоятельства монастырь с трудом содержал 500-600 человек.

Много раз доходили до него слухи, что иноки недовольны тем, что число братии увеличивается, но мудрый и добрый пастырь с кротостью поучал их: «Братия, любите ближнего своего, как самих себя! Все мы пришли сюда, в святую обитель, послужить Господу и спасти свои души. Нас приняли с любовью, и мы здесь живём. Надо принимать и других ревнителей о Боге. Пусть и они живут и спасают свои души. Господь Бог умножает число братии, и Он же, Милосердный, умножит всем нам пропитание»2.

Главным своим деланием игумен считал сохранение любви между братией: «Я замечаю, что в вашей среде иссякает христианская любовь. С уменьшением этого Божественного света среди вас восстает тьма ненависти друг ко другу, и потому у вас господствуют беспорядок, наветы и размолвки. Так вы стали сами себе врагами и клеветниками своего же спасения. Молю вас осознать свою слабость. Смиритесь друг перед другом, попытайтесь вновь возвратить взаимную христианскую любовь и снова увидите свет. Ибо написано: где мир и любовь, там присутствует Бог».

Любимым детищем игумена Гавриила на Валааме стала школа, в которой обучались от 200 до 300 детей из бедных семей и сирот. Этих детей отец настоятель особенно любил. Он часто наведывался к ним, устраивал чаепития с духовными беседами. Мальчишки шумно приветствовали его визиты, часто устраивая с ним самые живые игры и засыпая его вопросами. Дети вносили в монастырскую жизнь определённое беспокойство, и среди братии находилось немало противников школы. Братия частенько доносила ему о проделках мальчишек, но он почти всегда защищал их. Тогда жалобы на то, что игумен «до непозволительности сочувствует детям» и вообще слишком мягок к нарушителям, направились к архиерею. Игумен Гавриил пытался оправдаться: «Я не считаю необходимым обременять братию ненужной строгостью, недостатки лучше исправляются добротой. Если же, однако, кто-нибудь по наущению лукавого осмелится нарушить устав и сотворить что непотребное, я не ограничиваю тогда своих полномочий. Наказываю так, что иногда самому становится жалко потерпевших». Архиерей его понимал. Но после того как в 1898 году архиепископа Антония3 перевели на Санкт-Петербургскую кафедру, а на его место заступил прибывший из Саратова епископ Николай4, Валаам подвергся нескольким весьма недоброжелательным ревизиям, в результате которых игумену Гавриилу было высказано множество замечаний, относившихся, впрочем, не столько к монастырским делам, сколько к личным качествам игумена. И когда в 1901 году настоятель благословил заложить на острове большой док для рыболовецких судов, конфликт достиг критической точки: многие из братии воспротивились строительству, считая новое начинание излишним, довели свое мнение до Преосвященного Николая, и тот в начале весны 1903 года отстранил игумена Гавриила от управления обителью. Распоряжение архиепископа Николая было подписано 6 марта 1903 года, и в тот же день Святейший Синод распорядился перевести игумена Гавриила на должность настоятеля Свято-Троицкого монастыря в город Алатырь Симбирской губернии с возведением в сан архимандрита.

3 апреля, в Великий Четверг, игумен Гавриил со слезами простился с родной обителью и, испросив прощения у братии, с несколькими спутниками покинул её навсегда. Скорбела душа его, расставаясь с любимым Валаамом.

Вновь посвященный архимандрит Гавриил, взяв благословение у первенствующего члена Святейшего Синода, Санкт-Петербургского митрополита Антония, отправился в Алатырский монастырь, где братия уже ожидала своего нового настоятеля.

Назначение в провинциальную обитель выглядело как настоящая ссылка и для любого на месте отца Гавриила явилось бы тяжким, даже непереносимым ударом. Почти сорок лет провел он на Валааме, когда-то в молодости дав твёрдый обет не покидать никогда остров. Теперь Господь попускал ему новый и весьма сложный поворот в жизни. Но бывший Валаамский игумен оставался истинным иноком, в обстоятельствах своего перемещения он видел исключительно лишь Промысел Божий.

Новый настоятель и его спутники добрались до Алатыря вечером 22 мая. Братия, уже давно и с нетерпением ожидавшая прибытия известного игумена, собралась для встречи в соборном Троицком храме. Все были наслышаны о деятельности игумена Гавриила в управлении Валаамским монастырем и благодарили Бога за неожиданное назначение, искренне надеясь, что с прибытием нового опытного настоятеля Свято-Троицкая обитель двинется к тому же расцвету и духовному преуспеянию, как и Валаам. Архимандрит Гавриил, испросив покровительства у Казанской иконы Царицы Небесной, приветствовал братию такими искренними словами: «Святые отцы и братья! Господь привел меня сюда, в монастырь Святой Троицы, с валаамских холмов, из монастыря Преображения Господня. Благословен Господь, попустивший это. Мне было тяжело расставаться с Валаамом, где я, начиная с молодых лет, жил до сих пор. Но такова участь монаха: во всем предаваться воле Бога и безропотно выполнять послушание. Надеюсь, что и здесь Господь не оставит меня Своей любовью, которой удостоился я на Валааме в течение 37 лет. Господь сказал апостолам: „По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою“ (Ин 13, 35). Будем же придерживаться этих слов, будем жить в любви о Господе и послушании. Там, где любовь, там и Бог; а там, где Бог, там все бывает хорошо». Все до глубины души были тронуты тем, как тепло и проникновенно говорил архимандрит Гавриил с теми, кого видел впервые в жизни, — будто обращался к родным и давно знакомым людям. Это с самого начала расположило всех к новому настоятелю.

Горестное расставание с Валаамом не сломило духа архимандрита Гавриила, и на новом месте он с энтузиазмом взялся за восстановительные и строительные работы. При начальном знакомстве положение обители показалось новому настоятелю довольно печальным, однако это обстоятельство только придало ему новых сил и окончательно убедило в том, что перевод неслучаен, что именно здесь его умения и духовный опыт необходимы более всего. Вскоре отец архимандрит полностью освоился с новым назначением и энергично прилагал труды и заботы к ремонту и благоустройству монастыря. За каких-нибудь три года Свято-Троицкий Алатырский мужской монастырь вышел в число лучших обителей. Братия, которой на момент прибытия нового настоятеля было всего около десятка человек, а экономы один за другим сменялись по причине пьянства и растрат, значительно укрепилась числом и духом. В конце 1903 года архимандрит Гавриил был одновременно назначен попечителем нескольких женских монастырей Симбирской епархии.

В 1904 году, как только позволили неотложные дела, архимандрит Гавриил отправился в Саров, где за год до того прошли торжества, связанные с прославлением преподобного Серафима, особое почитание которого в Алатырском мужском монастыре разделял с братией и отец настоятель. В Саровской обители архимандрит Гавриил поклонился мощам преподобного Серафима, совершил Литургию и отслужил молебен святому подвижнику.

Не прерывалась связь и с родным для архимандрита Гавриила Валаамским монастырём, где оставалось много его духовных друзей. Неоднократно Алатырскую Троицкую обитель посещали валаамские гости, впоследствии же стараниями архимандрита Гавриила алатырская братия была пополнена десятью монахами и послушниками с Валаама5. Помимо этого архимандрит Гавриил вёл постоянную переписку, поддерживал отношения с митрополитом Петербургским Антонием, Великим Князем Дмитрием Константиновичем6. Архимандрит Гавриил всегда имел живой и деятельный интерес к тому, что происходило вокруг, к общественной и политической жизни страны. Так, 1 февраля 1904 года в сослужении монастырского духовенства он совершил молебен в связи с начавшейся войной между Россией и Японией. Перед началом молебна им был зачитан манифест о начале военных действий. 30 июля в его дневнике появилась запись касательно «давно ожидаемого» известия о рождении наследника российского престола цесаревича Алексея Николаевича Романова. Подводя же итоги 1905 года, скорбного из-за многих неудач, архимандрит Гавриил отмечал связь между поражением в русско-японской войне и волной беспорядков, забастовок и открытых столкновений с властями. Широта взглядов и умение, с которым архимандрит Гавриил решал самые разные вопросы — духовные и хозяйственные, с первых же дней его в Алатыре привлекли к нему внимание и епархиального начальства. Епископ Симбирский Никандр7, а затем и прибывший ему на смену епископ Гурий8 часто бывали в Алатырском монастыре и вместе с архимандритом Гавриилом обсуждали многие вопросы. Самоотверженными трудами отца настоятеля дела в Троицкой Алатырской обители поправлялись, сам архимандрит Гавриил в письме валаамским отцам отмечал, что «с помощью Божией со временем наш монастырь будет приведен в хорошее состояние».

Особенное усердие проявил отец настоятель в почитании известного чудотворца Алатырского, старца Вассиана, погребенного под Казанским храмом обители. Архимандрит Гавриил, имея к преподобному подвижнику самое святое и искреннее чувство, принялся ревностно исследовать все, что было связано с его памятью. Весной 1904 года с помощью благодетелей был приведен в порядок колодец недалеко от усыпальницы блаженного Вассиана, куда тот, по преданию, выбросил перед смертью свои вериги, избегая человеческой славы, а в августе того же года над колодцем была устроена деревянная часовня.

В память вечную будет праведник

Под приделом в честь Казанской иконы Божией Матери в особом подвальном помещении — пещерке — стояла издавна на каменном возвышении деревянная гробница, покрытая парчой. На гробнице лежали железные вериги. Перед гробницей на стене висели несколько икон и горела неугасимая лампада. Почивали под ней нетленные мощи блаженного старца Вассиана, и исцелялось от этой гробницы, вериг и масла от лампады во всю историю Алатырской обители великое множество людей.

До настоящего времени сохранилась рукопись, написанная в середине XIX века иеромонахом Антонием9, переписавшим документ более древний, хранившийся в монастырском архиве, под названием «Памятник». Рукопись иеромонаха Антония рассказывает следующее:

«В лето новой благодати 1756 года соделана была сия книга, а начата она была писанием (т.е. переписана в настоящем виде)10 в 1846 году октября 14 для летописи «Сказание или описание (обретения) святых мощей Вассиана, также и о прочем» [1].

...Предложение или сказание (об) обретенных бывших честных мощах и освидетельствованного преподобного отца нашего Вассиана схимонаха в Алатырском (Свято-)Троицком мужском монастыре, которые и по ныне еще в земле сокровенные под спудом имеются... [2].

...Первоначальное создание... каменной соборной Троицкой церкви... было начато во время благополучного и мирного царствования... благочестивейшей Великой Государыни Императрицы Елисаветы Петровны Самодержицы всея России, и в бытность... Синодального Первого Члена Его Высокопреосвященства Арсения Могилянского архиепископа Переяславского... и в бытность епархиального архиерея Преосвященного Вениамина Пуцек-Григоровича епископа Нижегородского и Алатырского, и при строителе сего [3] (монастыря) иеромонахе Меркурии Абрамове и при ризничем иеромонахе Сергии, и по указу Троице-Сергиевской Лавры... 26 августа 1748 года при рытии (фундамента)... Божественным промыслом обретен был гроб преподобного отца нашего Вассиана и нетленные, в нем почивающие, его честные мощи. Потом они вынуты были из земли наружу... и стояли на поверхности земли одну неделю, открытыми всему с верою к нему приходящему православному народу для поклонения и целования честных мощей его, потом внесены они были и поставлены на столе в теплой деревянной церкви преподобных отец наших Зосимы и Савватия Соловецких чудотворцев. И народ великое имел к нему (преподобному Вассиану) усердие, отправляя при мощах его... панихиды [4].

...Мощи преподобного Вассиана оставлены были епархиальным архиереем... для точного вторичного (о них) освидетельствования и по прошествии зимы 1749 года, весною в мае месяце, мощи вторично были обстоятельно освидетельствованы... и оказались они (мощи) «во всей своей точной ясности», целы и нетленны, также и схима и вся одежда была цела и крепка, и вышитые на схиме слова Священного Писания были ясны, и гроб, как новый, весь цел... и тогда, при этом освидетельствовании, многим людям были от него подаваемы исцеления в различных болезнях, и (в дальнейшем) во все время, когда нетленные и честные его мощи стояли в церкви открытыми всему приходящему к нему с верою народу для поклонения и отправления при мощах по нем панихид [5].

(И от) самого его гроба иные приходящие люди отрезали или отламывали себе малые щепочки и получали от них исцеления от всех своих болезней... О чудесах его (преподобного Вассиана) в то время бывших, при честных его мощах, над кем именно они случились, совсем не писали и не свидетельствовали... и потом, по представлению и донесению об оных честных мощах Святейшему Правительствующему Всероссийскому Синоду и, по указу синодальному, (распоряжением) епархиального архиерея Преосвященного Вениамина (Пуцек-Григоровича) епископа Нижегородского и Алатырского, (мощи схимонаха Вассиана были) погребены и... преданы вторично земле «у святаго храма, яже в саду, с левой страны теплой Сергиевской каменной церкви леваго крылоса, у окошка, идеже и положен он бысть мирно и в темном гробе землею до втораго Христова страшнаго пришествия твердо он заключился», где и поныне он под спудом в Боге почивает... [6].

...Обретено было его святое имя... по памяти о нем... в то самое время, при освидетельствовании нетленных и честных его мощей, (от) старейших городских жителей здешнего града Алатыря, которые ныне (во время написания Сказания) все скончались, имя же его святое было Вассиан схимонах, знавшие его еще в живых люди также уже скончались, но помнящие его сказывали о нем прочим людям, (как) и нам ныне оставшиеся старики,.. которые слышали от своих и сказывают, что Вассиан преподобный святое житие свое на земли препровождал ко Господу Богу в Алатырском Троицком монастыре сем богоугодно, но при свидетельстве его честных мощей, также и по ныне, о нем нет никаких письменных (источников) в монастырском архиве, когда он (схимонах Вассиан) жил, когда и при каком настоятеле скончался, также и по причине, бывшего 28 сентября 1775 года в городе Алатыре при настоятеле сего Алатырского Троицкого монастыря архимандрите Ионе и при казначее иеромонахе Гедеоне [7], пожара,.. от которого истреблен был огнем весь монастырский архив...

После того, был пристроен к теплой Сергиевской церкви слева (над мощами схимонаха Вассиана), каменный памятник или палатка (часовня), в июле месяце 1799 года, тщанием и усердием настоятеля сего монастыря архимандрита Авраамия, монастырским иждивением... и помощью (благодетелей, кто) к преподобному отцу нашему Вассиану схимонаху имели также великое свое тщание и усердие... и подаянием от доброхотных дателей... [8].

...И поныне к нему из разных местностей, с верою и поклонением месту, где он был погребен, православные люди приходяще, свое моление ко Господу Богу и панихиды по нем исправляют, с великою к нему верою и усердием своим, также и по своим сродникам служат над ним панихиды, входяще в эту палатку (часовню), где схимонах Вассиан... в земле был погребен, и, по отправлении панихид, народ берет себе с верою с онаго места земляной прах для исцеления своих болезней и недугов, и многие люди и по ныне в своих болезнях получают исцеления, призыванием честного имени сего преподобного Вассиана схимонаха... 10 августа 1831 года над схимонахом Вассианом, по усердию к нему особых благотворителей, подаянием от доброхотных дателей, тщанием и усердием настоятеля сего монастыря архимандритом Арсением, была сделана новая деревянная крашеная гробница вместо старой... и на неё был положен покров парчовый... [9].

...В августе 1838 года, при настоятеле сего Троицкого монастыря архимандрите Иоанне, был обновлен и расширен пристройкой памятник (часовня), каменною кладкою в длину и ширину на одну сажень, по усердию и по даяниям от доброхотных дателей, любящих сие место преподобного отца нашего Вассиана схимонаха,.. отделан он был... работою Нижегородской губернии уездного города Арзамаса села Хирина подрядчиком каменных работ мастером помещика Александра Дмитриевича Балашева, его крестьянином Филиппом Семеновым Рещиковым... и покрыт был по деревянным стропилам тесом, и крыша вся на нем была покрашена ярью медянкою зеленою мещанином маляром Алексеем Михайловичем Монгиным.

В лето новой благодати по воплощении Единородного Сына и Слова Божия 1846 года, октября 10 дня, написано было сие Предложение или Сказание о бывших нетленных и честных мощах преподобного Вассиана схимонаха в Алатырском Троицком монастыре [10]»11.

Таким образом, 26 августа 1748 года, при очищении места под фундамент для постройки в монастыре каменного Троицкого собора, строителем иеромонахом Меркурием найден был гроб с нетленными мощами схимонаха Вассиана, которого в лицо узнали алатырские старики. И одежда, и гроб его были совершенно целыми. В течение недели нетленные мощи для поклонения им оставались открытыми на улице, а затем были перенесены в церковь преподобных Зосимы и Савватия.

Преосвященный епископ Вениамин12, определённый на Нижегородскую и Алатырскую кафедру также в начале августа 1748 года, после уволенного на покой в Казанскую Раифскую пустынь епископа Димитрия13, распорядился  оставить мощи для вторичного освидетельствования, и в мае 1749 года они были освидетельствованы заново, причём оказалась та же полнейшая сохранность тела, одежды и гроба, как и при обретении святых мощей. Можно было даже ясно прочитать вышитые на схиме слова Священного Писания. Над открытым гробом блаженного Вассиана постоянно служились панихиды, множество народа стекалось на поклонение мощам, больные отрезали и отламывали от гроба щепочки и получали от них исцеления. Однако свидетельства чудес и исцелений от мощей не записывались14, в донесении Синоду не указывались, и в дальнейшем достоверность их подтвердить не удалось. А потому распоряжением епархиального архиерея мощи были снова преданы земле.

По всей видимости, схимонах Вассиан, которого в 1748 году по нетленным его мощам узнали алатырские старики, был именно тот самый Вассиан Муромцевский, настоятель обители в 1697 году15, за 51 год до обретения мощей, когда узнавшие его были ещё детьми.

Место погребения схимонаха Вассиана всегда привлекало к себе множество народа, почитание алатырского чудотворца никогда не прекращалось.

В 1799 году настоятель архимандрит Авраамий построил над гробницей преподобного Вассиана особую каменную часовню, в 1831 году усердием другого настоятеля, архимандрита Арсения, была сделана и новая гробница с парчовым покровом. В августе 1838 года настоятель архимандрит Иоанн на приношения прихожан обновил и расширил часовню.

Приснопамятный настоятель архимандрит Гавриил, также видя чудеса от гробницы преподобного, возгорелся духом собрать, упорядочить и напечатать книгу с письменными свидетельствами исцелений по молитвам блаженного старца. С первых же лет настоятельства архимандрита Гавриила стала вестись в монастыре особая книга, где записывались все чудеса. Ввиду сего Симбирским епархиальным управлением было поручено протоиерею Богородице-Рождественского собора Алатыря Николаю Диомидову проверить достоверность сведений о чудесах, совершившихся при гробнице старца Вассиана, записанных в эту книгу, через опрос под присягой как самих исцелившихся, так и свидетелей этих исцелений. Это поручение было исполнено и представлено на рассмотрение епархиального начальства 8 октября 1905 года, а в 1906 году была издана книга о подвижнике алатырском схимонахе Вассиане и о чудесах, совершившихся при его могилке16. Газета «Симбирские Епархиальные Ведомости» (№ 14 от 15 июля 1906 года) опубликовала текст книги о схимонахе Вассиане со следующим примечанием: «На брошюре „Подвижник Алатырского Свято-Троицкого монастыря схимонах Вассиан, почивающий в усыпальнице сего монастыря. Издание Св.-Троиц. Алат. мон. М. 1906 г.“ 10 июня сего 1906 года за № 475 последовала такая резолюция Его Преосвященства (Преосвященного Гурия, епископа Симбирского — прим. сост.): „Наша епархия должна знать молитвенного предстателя своего пред Богом, подвижника Алатырского Свято-Троицкого монастыря схимонаха Вассиана, которого Господь прославляет чудотворениями, а потому редакция Симбирских Епархиальных Ведомостей имеет перепечатать сию брошюру на страницах означенного печатного органа, чтобы настоятели церквей епархии предлагали сведения о чудотворениях блаженного Вассиана, в духовное назидание, своим благочестивым прихожанам“».

Чудеса же продолжали совершаться и после выхода в свет названной книги, и монастырские записи чудес продолжали вести и дальше. Сохранились записи, датированные, самое позднее, 1909 годом, например, 4 марта 1909 года произошло чудесное исцеление Елизаветы Михайловны Баровой, приехавшей в Алатырь на богомолье из Московской губернии. Перед тем она уже несколько лет тяжко страдала от болей в спине, но, помолившись у могилы старца Вассиана, к неописуемой радости своей полностью исцелилась, о чём и было объявлено народу, собравшемуся к богослужению, и составлен был соответствующий письменный акт. Всего же в изданной в 1906 году книге было 22 свидетельства чудесных исцелений, а после издания книги до 1909 года было сделано еще 16 записей чудесной помощи блаженного Вассиана Алатырского чудотворца.

Приведем здесь некоторые из них.

***

Крестьянка села Большие Монадыши Ардатовского уезда Атяшевской волости Симбирской губернии, проживающая в городе Алатыре, Параскева Ивановна Саченкова, 48 лет, замужняя, передаёт следующее.

1902 года, в день праздника Благовещения Пресвятой Богородицы, придя утром от ранней обедни из Троицкого монастыря, стала готовить по хозяйству и, когда проводила всех своих домашних к поздней литургии, оставшись дома одна, пожелала встать на молитву. Во время молитвы ей показался в окно ослепительный свет, подобно молнии, хотя на дворе была прекрасная погода. От такого видения она без чувств упала на пол. Когда же пришла в сознание, то не могла говорить, и все члены её онемели. Увидев себя лежащей в сенях, она в испуге вскрикнула и обмерла. На крик её вышли их квартиранты — Татьяна Иванова с мужем Александром Григорьевичем Плешковым — и, увидев её лежащую в сенях, перенесли в дом. Тотчас Александр Григорьевич пошел за её мужем в церковь. Вернувшись домой, муж и сын больной пришли в великий ужас. Не зная, что с ней, и предполагая, что настали последние часы жизни, так как она была вся холодная, муж счёл своей обязанностью приобщить больную Святых Христовых Тайн. Но пришедший священник не нашёл никакой возможности её приобщить, так как у неё открылась сильная рвота, и приобщение Святых Тайн отложено было до утра. Ночью, когда все домашние успокоились, больная, погрузившись в лёгкую дремоту, увидела входящего к ней монаха с деревянным крестом в руках. Приняв входящего монаха за известного ей монаха Троицкого монастыря Прокопия, больная спросила его: «Зачем пришёл?». Но монах ответил: «Я не Прокопий, но схимонах Вассиан». Затем, когда схимонах Вассиан подошёл к её постели, кто-то, обратясь к нему, сказал: «Нужно дать ей просфоры». Но схимонах Вассиан отвечал: «Пусть прежде приобщится Святых Тайн, а потом вкусит просфоры со святою водою» — и в то же время будто подал ей пузырек со святой водой. Когда схимонах Вассиан и неизвестный стали отходить от неё, больная вдруг смогла встать с постели своими силами, в здравом рассудке, а затем уже наяву пошла провожать их по комнате. Муж, увидев жену, идущую по комнате, и думая, что она в беспамятстве, разбудил сына своего, чтобы остановить её и положить в постель. Но она объяснила им, что находится в полной памяти и идет провожать гостей, а потом рассказала о видении. Все домашние возблагодарили Бога и угодника Его схимонаха Вассиана, а так как ещё продолжалась ночь, то все снова предались отдыху. Утром, когда пришёл священник, она исповедалась и приобщилась Святых Христовых Тайн, по уходе же священника попросила есть, и ей была предложена просфора со святой водой. По принятии предложенного она стала себя чувствовать совершенно здоровой и опять начала заниматься по хозяйству. Это выздоровление все её домашние приписывают молитвам схимонаха Вассиана и, как прежде, так, особенно, и теперь, усердно прибегают во всех бедах и болезнях к заступлению схимонаха Вассиана и просят его ходатайства пред Богом о спасении душ своих.

Вышеописанное событие свидетельствую. За неграмотностью крестьянки Параскевы Ивановой Саченковой по её просьбе расписался сын её, Иван Иванов Саченков. За неграмотностью отца Ивана Тимофеева Саченкова по его личной просьбе расписалась дочь его, Пелагея Иванова Саченкова.

Вышеописанное событие свидетельствуем: Татьяна Иванова и Александр Григорьев Плешковы. За неграмотную жену руку приложил он же — Александр Плешков.

О том же свидетельствую, города Алатыря Христо-Рождественской церкви священник Иоанн Цедринский, духовник Саченковой.

***

Рясофорная монахиня Алатырского Киево-Николаев-ского женского монастыря Матрона Максимова Дуденкова, 47 лет, передаёт следующее.

Будучи девочкой девяти лет от роду, она страдала сильной оспой, в болезни лишилась правого глаза, так что и поныне кривая. Но всё-таки она благодарила Бога за то, что Господь не совсем скрыл от неё свет и при одном левом глазе она пользовалась всем тем, чем и при двух. Однако Господь, желая явить милость на ней, лишает её на время и другого глаза. В 1902 году, 1 августа, при исполнении монастырского послушания, Дуденкова сильно простудилась и от простуды лишилась другого глаза, левого, который совсем закрылся, так что она сидела, как в темнице, не видя своих рук. В таком положении она находилась до февраля 1903 года. В продолжение этого времени она испробовала все доступные народные лекарства, но, к сожалению, никакой пользы не получила, и, чем дольше, тем боль её всё усиливалась. Зная, что многие страждущие духом и телом исцеляются по молитвам схимонаха Вассиана, она имела сильное желание отслужить в пещере панихиду по схимонаху Вассиану, но желание свое она не могла вскоре привести в исполнение. В ночь на 30 января 1903 года, накануне праздника трёх святителей, ей в сонном видении явился старец схимонах Вассиан следующим образом. Будто она, входя в церковь мужского монастыря, была подозвана каким-то старцем-монахом, который попросил её свести его в пещеру. Когда же она привела старца в пещеру, он велел ей приложиться к гробнице и веригам, а его поставить по правую сторону гроба, сказав, что жить ему здесь хорошо. Как только она приложилась со слезами, тотчас и проснулась. Утром Дуденкова рассказала сон свой живущей с ней монахине, после чего они решили, что нужно просить об исцелении святых молитв схимонаха Вассиана. В этот же день Дуденкова, совершенно слепая, в сопровождении послушницы Марфы, пришла в пещеру схимонаха Вассиана и, приложившись к гробнице и веригам, помазала глаз маслом из лампады схимонаха Вассиана. Вдруг её левый глаз начал немного видеть, и она узрела на том месте, где в сонном видении поставила монаха, портрет, на котором изображен был тот самый старец-монах, которого она провожала в пещеру. Это изображение старца схимонаха Вассиана в пещере на сем же месте и поныне стоит. Больная, взяв масла из лампады схимонаха Вассиана и пользуясь им в течение трёх дней, совершенно прозрела, стала хорошо видеть, как и до болезни. После совершенного исцеления она отслужила панихиду по схимонаху Вассиану и поныне благодарит Бога и угодника Его.

Вышеописанное событие о болезни своей свидетельствую. За неграмотную рясофорную монахиню Матрону Максимову Дуденкову, по её просьбе, расписалась послушница Киево-Николаевского женского монастыря Ксения Степанова Миронова.

О болезни Дуденковой свидетельствую. Настоятельница вышеозначенного монастыря игуменья Лидия.

***

Крестьянка города Алатыря Симбирской губернии, девица Наталья Ильинична Минеева, 16-ти лет, передаёт следующее.

С юных лет от простуды у неё была ломота в ногах. Хотя она и лечилась разными лекарствами, но облегчения не получала, болезнь её признали ревматизмом. Время от времени ломота усиливалась, и она дала обещание отслужить в Троицком монастыре молебен пред особенно чтимой иконой Казанской Божией Матери. Время шло, но обещание она не приводила в исполнение. В 1903 году, в конце февраля, ей в сонном видении явился старец схимонах Вассиан и сказал: «Надо тебе отслужить молебен Божией Матери, и будешь здорова». Поутру она рассказала видение родителям, но родители, по недосугу, отложили до свободного времени. На третью ночь она видит того же старца плачущим, и снова он ей сказал: «Почему ты не исполняешь обещание? Иди, отслужи молебен Божией Матери и панихиду в пещере, а пред гробницей моей повесь лампаду». Поутру она вторично передаёт видение родителям, и они, не отлагая времени, купили металлическую лампаду, отслужили молебен Царице Небесной и панихиду по схимонаху Вассиану и повесили лампаду. Благодаря Богу с этого времени больная не чувствует в ногах никакой боли.

Вышеописанное событие свидетельствую своей подписью. Крестьянка города Алатыря, девица Наталья Ильинична Минеева. То же свидетельствуем родители её: Илья Иванов и жена Елизавета Семенова Минеевы.

***

Мещанка города Алатыря Симбирской губернии, Наталья Алексеевна Кузнецова, 42 лет, заявляет следующее.

В 1903 году, в конце июля, собирая ягоды в лесу, от сильной жажды два раза пила холодную болотную воду в большом количестве, отчего скоро почувствовала кружение головы и всего тела трясение. Когда она пришла с большим трудом домой, у неё открылись сильная рвота и кровотечение из носа. С этого времени она слегла в постель и лежала неподвижно целые три недели. В продолжение своей болезни она ничего не ела, но так как жажда её сильно одолевала, то она пила воду в большом количестве, отчего вся отекла и ослабла, так что ей нельзя было даже поднять головы, да ещё боялась, ввиду сильного кровотечения из носа, как бы не изойти кровью насмерть. Но, дав обещание пред Богом не лечиться ничем, она терпеливо переносила тяжелую болезнь, сознавая, что Господь наказал её за то, что обещала сходить в Саров на поклонение святым мощам преподобного Серафима, но обещание своё не исполнила. Соседка, которая ухаживала за ней, Марья Николаевна Соколова, видя, что болезнь Кузнецовой всё усиливается, посоветовала ей полечиться. Муж же Соколовой хотел везти Кузнецову с трёхлетней внучкой, Зинаидой Егоровой Красиковой, которая с неделю назад ослепла, в больницу. 14 августа 1903 года, находясь в столь тяжёлом состоянии, Кузнецова сильно плакала и просила исцеления у преподобного Серафима, Саровского чудотворца. Поплакав, она погрузилась в лёгкую дремоту и увидела во сне, как прилетели три голубя, и один из них сказал: «Наталья! Тяжко ты болеешь, но если ты будешь лечиться лекарствами, то тебе будет ещё хуже. Ты дала обещание не лечиться, а сама хочешь ехать даже в больницу». «А о чём ты так грустно плачешь?» — спросил её голубь. Больная рассказала о неисполненном своём обещании сходить в Саров. На это голубь ей сказал: «Не плачь! Здесь тот же Саров. Иди в пещеру Троицкого монастыря, к праведному Вассиану, поклонись ему и отслужи по нём панихиду; во время панихиды выпей ложку масла из лампады его и будешь здорова, после отслужи молебен». Только что голубь кончил говорить, её разбудила внучка, лежавшая подле неё, совсем слепая, и, не видя, с кем она говорит, сказала: «Или дедушка пришел?». Но в доме не было никого. В скором времени пришла соседка, прислуживавшая ей, и её муж. Она рассказала им сон, и все возблагодарили Бога, дав обещание всё виденное во сне привести в исполнение. 17 августа 1903 года больная со своим мужем и слепой внучкой с трудом пришли в пещеру схимонаха Вассиана и отслужили панихиду. Во время панихиды Кузнецова, подойдя к лампаде, выпила из неё ложку масла и тут же получила полное исцеление. Затем помазала маслом глаза внучке своей, которая тотчас совершенно прозрела. Отслужив молебен и возблагодарив Бога и угодника Божия праведного схимонаха Вассиана, больные пришли домой совершенно здоровыми. Вышеописанное событие о болезни и исцелении своём свидетельствую своей подписью. Мещанка города Алатыря Наталья Алексеева Кузнецова. То же свидетельствует муж её, Сергей Николаев Кузнецов. А за неграмотную мещанку города Алатыря Марию Николаеву Соколову, по её личной просьбе, расписался Сергей Николаев Кузнецов.

***

Все эти записи очевидно свидетельствуют, что не без оснований образовалась твёрдая вера в святость чудотворца Вассиана, разносившаяся богомольцами по всей Руси, так что, направляясь даже в Саров к преподобному Серафиму, считали они своим долгом посетить Свято-Троицкий монастырь в городе Алатыре и поклониться схимонаху Вассиану, почивающему под спудом «в нетленном телеси»17.

В 1905 году настоятелем архимандритом Гавриилом, с благословения Преосвященного Гурия, епископа Симбирского, помещение при усыпальнице преподобного было значительно расширено и устроена церковь, которая 5 декабря того же года была освящена в честь Богоявления Господня.

В последние годы своего управления обителью архимандрит Гавриил начал готовить материалы к обретению мощей и канонизации блаженного Вассиана. И даже после внезапной кончины архимандрита эта работа ещё некоторое время продолжалась. Так, в 1911 году Симбирским губернатором Ключаревым было представлено в Святейший Синод ходатайство алатырского городского общественного управления о назначении комиссии для «установления того, что мощи почивающего в Алатырском Свято-Троицком монастыре схимонаха Вассиана принадлежат именно ему, и о причтении этого угодника Божия к лику святых греко-российской православной церкви»18

Бессильный огонь

В 1910 году в декабрьском номере журнала «Русский инок» появился некролог: «7-го декабря сего года тихо в Боге почил, на 63 году своей жизни, после кратковременной болезни от воспаления легких и паралича сердца настоятель Алатырского Свято-Троицкого монастыря, отец архимандрит Гавриил...

6 марта 1903 года состоялось определение Святейшего Синода о назначении настоятеля Валаамского первоклассного монастыря, игумена Гавриила, на таковую же должность в Алатырский Свято-Троицкий монастырь, Симбирской епархии, с возведением в сан архимандрита. Здесь покойный отец архимандрит проявил ту же ревность о благоустройстве обители, как и на Валааме: отремонтировал теплую церковь, возобновил монастырскую ограду. Место покоя подвижника Алатырского монастыря — праведного старца схимонаха Вассиана — пещеру переустроил, обратив её в храм, стал собирать и записывать чудеса, совершившиеся и доселе совершающиеся у гроба названного подвижника, и затем, по исполнении всех надлежащих формальностей, с благословения Святейшего Синода, издал их для всеобщего сведения. После постигшего монастырь пожара в 1906 г., уничтожившего решительно все строения и храмы за исключением пещерного, в котором почивают под спудом мощи схимонаха Вассиана, — покойный отец архимандрит сам ездил по сбору пожертвований на восстановление обители, и труд его был не бесплоден. За четыре последние года покойный отец архимандрит привел обитель в относительно благоустроенный вид. Покойный отец архимандрит отличался кротостью, отеческою любовью и снисходительностью к ближним, особенно к согрешающим, всецело вверял свою жизнь Благому Промыслу Божию и никого не судил. Да простит Господь всякое согрешение покойного и да удостоит его Царства Небесного. Мир праху твоему! Рясофорный послушник Михаил Гурьев»19.

В этой немногословной монашеской похвале, горит истинная любовь к тому, кто всегда верил Божественному Промыслу, когда сила Божия совершается в человеческой немощи (2 Кор. 12, 9).

В 1906 году, когда жизнь обители, казалось, уже входила в благоприятное русло, на долю её насельников выпала великая скорбь: пожар превратил весь монастырь в пепелище. Было это так20. В час пополудни в городе Алатыре возник пожар на далёком расстоянии от монастыря. При сильном ветре в сторону монастыря огонь скоро дошёл до монастырских зданий, и монастырь быстро загорелся в разных местах. Загорелась сначала церковь Преподобного Сергия, настоятельский и братские корпуса, потом Казанский придел при Сергиевской церкви. Затем загорелись Троицкий собор и колокольня, одним словом, загорелся весь монастырь. При таком пожаре и при сильном ветре что-либо спасти не было возможности, но милостью Божией за молитвы угодника Божия схимонаха Вассиана пещерная церковь, находящаяся тут же при Сергиевском храме, в нижнем этаже, под приделом в честь Казанской иконы Божией Матери, осталась цела.

Море огня бушевало над этой церковью и около неё,   лестница сгорела, входная дверь выгорела вместе с рамой, вделанной в каменную стену, сверху на деревянный пол сыпались горящие угли, пол на месте падения углей сгорел, дерево обуглилось, дым наполнил весь храм, и войти туда из-за дыма не было возможности. Монастырский эконом с помощниками лили из пожарного рукава воду в окно церкви, дабы не перекосило железные балки, на которых устроен был кирпичный свод. Но что значила эта тонкая струйка воды в море пламени, если бы не рука Господня, пощадившая храм ради почивающего здесь блаженного схимонаха Вассиана!

Пожар утих ночью, и на следующий день настоятель архимандрит Гавриил с братией, через дымящиеся развалины пробравшись в пещерный храм, воочию убедились, насколько дивно было сохранение церкви Божией от огня. Жар в церкви от раскалённых стен был невыносимым, но иконостас и иконы в целости, также и гробница схимонаха Вассиана, но до них нельзя было дотронуться — так всё накалилось.

В алтаре облачения на престоле и жертвеннике были в сохранности, завеса у царских врат, сшитая из голубой материи, казалась даже не закопченной, стёкла в оконных рамах остались целы. Вообще, хотя внутренний вид церкви был мрачен, так как стены и потолок от дыма почернели, всё осталось целым. Свидетелями этого чуда были местный полицейский исправник с помощником и алатырцы, в большом количестве посещавшие монастырь.

Все остальные церкви и монастырские постройки сгорели дотла. В своем дневнике архимандрит Гавриил записал следующее: «Не осталось ничего, где можно было бы поселиться. Пошли с братией жить в скит в трех верстах от монастыря. С помощью Божией и не без добрых людей начали восстановительные работы. Ничего не было застраховано, однако в монастырь начали поступать пожертвования. Благодарение Богу за все! Господь не оставит!». Так, с упованием на Промысел Божий, архимандрит Гавриил духом не пал. Братия на время восстановления обители переселилась в приписную Свято-Духову пустынь, а труженик настоятель с целью собрать необходимые средства начал ездить в Симбирск, Казань, Рыбинск, Москву и Санкт-Петербург. Воззвания с просьбой о помощи настоятель рассылал повсюду:

«Летом текущего 1906 г. во время сильного пожара в г. Алатыре, сгорел и местный мужской Троицкий монастырь. Сгорел почти до основания. Кроме небольшой пещерной церкви, чудно сохраненной от истребления огнем, по молитвам почивающего в ней блаженной памяти схимонаха Вассиана, от остальных каменных построек, как храмов, так и корпусов, остались только стены, от деревянных же надворных построек ничего не осталось. Впоследствии быстрого загорания при сильном ветре из церковного и братского имущества мало что удалось спасти и братия осталась без крова и одежды.

Свет не без добрых людей и небольшие пожертвования дали возможность к зиме кое-как отделать некоторые помещения, но о полной отстройке корпусов, не говоря уже о храмах и думать нечего. Дальнейшее существование обители возможно только при помощи добрых людей.

Не говоря уже о древности монастыря, основание которого народное предание относит к времени Иоанна Грозного, существование монастыря важно и в виду его просветительского значения среди местного мордовского и чувашского населения. Значение это подтверждается процентным составом монастырской братии (22% мордвы и 8% чувашей и черемисов) и обильным притоком богомольцев мордвы и чуваш особенно в летние месяцы. На помощь со стороны местного населения надеяться нечего. И раньше оно не отличалось зажитничеством, а ныне при постоянных неурожаях само бедствует, горожане же не могут справиться после второго за последние два года пожара.

Поэтому поверьте, добрые люди, что не без нужды обращаемся к Вам за материальной поддержкой, помогите кто чем может! Монастырь во всем нуждается и в церковных вещах, и в предметах домашнего обихода, и в деньгах на отстройку храмов и корпусов. Всякое даяние будет благо и будет принято, как от руки Господа, и пусть никто не стесняется малостью жертвуемого, хотя бы это была почтовая марка. Алатырского Свято-Троицкого монастыря настоятель архимандрит Гавриил с братией»21.

Трудно представить, какого внутреннего подвига стоили уже пожилому настоятелю эти поездки в присутственные места. Всё это архимандрит Гавриил в своем дневнике описал всего одной скупой строчкой: «Вояж, который был связан со многими неприятностями, становился мне не по силам». Не раз приходилось ему встречать отказы и насмешки, однако он с кротостью переносил эту скорбь. В итоге спустя уже несколько лет почти весь комплекс монастырских строений был возобновлён, и жизнь обители потекла своим обычным чередом. Те, кто посещал её впервые, никак не хотели поверить, что на этом месте ещё недавно было пепелище. В свои 60 лет архимандрит Гавриил был все ещё энергичным человеком. Таким помнила его братия до того самого дня 6 декабря 1910 года, когда отец архимандрит, совершив днём богослужение в женском монастыре по случаю престольного праздника святителя Николая Чудотворца, к вечеру заболел. Врач, особенно не беспокоясь, констатировал грипп. На следующие сутки отец Гавриил почувствовал себя хуже. Сохраняя до последних минут монастырский порядок, он нашел в себе силы прийти к обеду в трапезную и благословил братии пищу. Однако он был уже почти без сил. Поддерживая больного, келейники отвели его в спальню. Там архимандрит Гавриил и скончался так тихо, что никто из присутствовавших даже не отметил того момента, когда душа освободилась от тела. Случившаяся немощь оказалась воспалением лёгких, которое доктора не сумели определить заблаговременно. И старческое сердце не вынесло непомерной для него нагрузки.

Отца настоятеля торжественно похоронили возле алтаря Троицкого собора. Алатырская братия обратилась с прошением к игумену Валаамского монастыря Маврикию22 с просьбой прислать крест из валаамского красного гранита и тем самым одновременно увековечить его память в Алатыре и почтить тот великий вклад, который внес отец Гавриил в дело процветания Валаамской обители. В январе следующего года игумен Маврикий сообщил, что Валаамский монастырь с радостью выполнит обращённую к нему просьбу, и высеченный из гранитной скалы крест вскоре был доставлен в Алатырь и установлен на могиле отца Гавриила. После разорения монастырского кладбища в 20-е годы ХХ века гранитный памятник архимандрита Гавриила был похищен, но во время возрождения обители в 1996 году под железнодорожным мостом чудесным образом была обретена часть разрушенного креста.

В 1997 году честные останки архимандрита Гавриила с хорошо сохранившимся облачением были найдены в ходе восстановительных работ в Алатырском Свято-Троицком монастыре и перезахоронены в новом гробе на том же месте монастырского кладбища. Мощи архимандрита Гавриила были жёлтого цвета, что по древней афонской традиции служит свидетельством богоугодной жизни усопшего и благой его участи в Вечности23.

После кончины архимандрита Гавриила24, в 1911 году настоятелем стал архимандрит Назарий25. В 1912 году был учрежден Алатырский викариат, и архимандрит Назарий стал первым епископом Алатырским, викарием Симбирской епархии, оставаясь при том настоятелем монастыря вплоть до своего перевода в 1917 году в Красноярскую епархию. В 1911 году напротив Свято-Троицкого монастыря, на той же улице, было построено новое помещение для городского духовного училища, к которому на следующий год и было пристроено каменное здание Алатырского викариата.

РАДОСТЬ УЧЕНИКОВ ХРИСТОВЫХ

Русская Голгофа

В первые века христианства «малое стадо» (Лк. 12, 32) святых исповедников, учеников Христовых, жило исключительно ожиданием второго Славного Пришествия Спасителя. Целью их жизни была деятельная евангельская проповедь, самоотверженное служение Тому, кто на Голгофе «принеся Себя в жертву, чтобы подъять грехи многих, во второй раз явится не для очищения греха, а для ожидающих Его во спасение» (Евр. 9, 28). Ранняя Церковь с радостью ждала светлого дня Господня и последнего суда: «Маран-афа1!.. Ей, гряди, Господи Иисусе!» (1 Кор. 16, 22; Откр. 22, 20). Эта удивительная благодатная радость, когда «жизнь — Христос, и смерть — приобретение» (Фил. 1, 21) наполняла мужественные и верные сердца, в то время как язычники бесновались, кровожадно изощряясь в своей жестокости, стараясь уничтожить «Церковь Господа и Бога, которую Он приобрел Себе Кровию Своею» (Деян. 20, 28). Учеников Христовых не страшила языческая злоба, они горели желанием гонений, страданий, жестокой смерти за Христа, верили, что бoльшими страданиями сподобятся бoльших венцов в Царствии Божии, были уже жителями Вечности, вкусив той сладости божественной Любви, которая веселила, радовала и укрепляла их в мученическом подвиге.

За всю историю Православной Церкви, даже в спокойные от гонений времена, исповедничество, живое свидетельство веры во Христа было самым надежным основанием христианского подвига. Святители, монахи, благочестивые миряне, презирая опасности, поношения, болезни и саму смерть, защищали чистоту Православной веры и благочестия, мужественно подвизались на страсти падшего человеческого естества, бескорыстно и жертвенно творили дела любви и милосердия. Их жития — жития исповедников, которые своим подвигом свидетельствовали, исповедовали, что живут только ради Христа, и готовы страдать и «умереть... за имя Господа Иисуса» (Деян. 21, 13).

Спокойные времена всегда были недолгими в истории Церкви. Мрачный и гордый языческий мир, не вынося света Христова, снова и снова вихрем гонений пытался его угасить. Но разгоралось пламя более сильное — пламя божественной любви в сердцах исповедников Христовой веры. «Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня. Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах» (Мф. 5, 11, 12). И ученики Христовы с радостью устремлялись на служение, принятое ими от первых христиан, — проповедовать Евангелие благодати Божией не словом только, но самоотверженной и жертвенной любовью, любовью с голгофского креста.

После революции 1917 года в России разразились страшные гонения на Церковь Христову, по своей языческой сущности напомнившие гонения римских императоров. Программой богоборческой власти стало полное уничтожение христианства. Послереволюционный период удивительно повторил период одного из самых жестоких гонений императора Диоклетиана: те же конфискация церковных зданий, имущества, священных сосудов, уничтожение книг, аресты, изощрённые пытки и казни духовенства, церковнослужителей, всех христиан. Только продолжались гонения гораздо дольше и не в малочисленных поместных церквях Востока, а на многомиллионной православной Святой Руси.

Вступила на исповеднический путь и Свято-Троицкая Алатырская обитель. До 25 октября 1917 года монастырем управлял епископ Алатырский Назарий2. Затем, почти без перерыва, до 1934 года, в Алатыре ещё оставались викарные архиереи3.

Настоятелем Свято-Троицкого Алатырского монастыря был назначен иеромонах (впоследствии, архимандрит) Даниил. Уже с декабря 1917 года большевистское правительство начало принимать антицерковные декреты. После ликвидации системы духовного образования в Алатыре прекратило свою деятельность духовное училище, здание было конфисковано городскими властями. Монастырь лишился собственности на землю и даже права рыбной ловли на озёрах за рекой Сурой4. 20 января 1918 года декретом о свободе совести Церковь была совершенно отделена от государства, началось время дозволенного законом грабежа и разорения церковного имущества, объявленного «народным достоянием». У монастыря помимо зданий отобрали лошадей5, часть монашеских облачений передали для кощунственных революционных постановок в театр6, монашеская братия (13 человек) вынуждена была письменно просить оставить себе хотя бы трапезную — столовую, уже переданную Алатырской жилищной комиссией милиционерам, разместившимся на территории обители7. Наконец в феврале 1919 года Алатырский городской совет рабочих депутатов потребовал от настоятеля монастыря инвентаризационные документы для передачи всего церковного имущества в ведение совета8.

Церковь была лишена статуса юридического лица, всё конфискованное церковное имущество, даже предназначенное исключительно для богослужебных целей, не могло больше быть собственностью церкви, а передавалось особыми постановлениями властей во временное пользование. Официальное существование монастырей с их особым хозяйством стало невозможным. Первая советская конституция закрепила бесправие духовенства и монашествующих, объявив их нетрудящимися элементами, лишёнными избирательных и других гражданских прав. Алатырский уездный земельный отдел в декабре 1918 года не разрешил «служителям культа» образовать даже так называемую «коммуну» для сохранения в стенах обители монашеского братства9. Чтобы не остаться в числе «лишенцев», была образована трудовая сельскохозяйственная артель, где всем насельникам, включая немощных старцев-монахов, пришлось взяться за плуг и борону.

В марте 1919 года на VIII съезде РКП(б) была принята богоборческая программа, которая должна была полностью покончить с христианством. Началась планомерная работа по дискредитации Церкви и церковной иерархии.

Сначала «для разоблачения векового обмана народа духовенством» была проведена кощунственная, «хамская» компания по организованному вскрытию и обследованию святых мощей угодников Божиих в храмах и монастырях. В феврале 1919 года Наркоматом юстиции было принято соответствующее постановление. Несмотря на это, настоятель монастыря иеромонах Даниил вместе с представителями алатырского духовенства и братией обители, бесстрашные исповедники Христовой веры и святости Церкви, именно в начале 1919 года начали работы по канонизации алатырского чудотворца схимонаха Вассиана. Согласно указу Симбирского епархиального совета от 31 марта 1919 года за №1080, определялось «для обследования чудес, бывших при гробнице схимонаха Вассиана или по его молитвенному предстательству за последнее десятилетие, назначить комиссию. Председателем комиссии — протоиерей уездного собора Малинин. Членами: и. д. Настоятеля монастыря иеромонах Даниил и четверо лиц, в том числе один священник по выбору приходских советов г. Алатыря. Комиссия имеет восстановить запись таких чудесных событий, если она не велась, а если велась, то проверить таковую по форме, допросив кого нужно под присягой»10. Согласно протоколу №1 общего собрания уполномоченных церковно-приходских советов и настоятелей приходских и монастырских церквей города Алатыря от 3 апреля 1919 года11, был объявлен сбор сведений об исцелениях и помощи по молитвенному заступлению угодника Божия для дальнейшей их передачи на рассмотрение Святейшему Патриарху Тихону и Священному Синоду. К сожалению, результаты этой работы не сохранились, но очевидно, что столь великое почитание алатырского подвижника сделало невозможным открытое глумление и поругание безбожниками святых мощей блаженного старца Вассиана, гробница которого оставалась нетронутой в пещерной церкви обители, по крайней мере, до 1931 года12. Однако, по свидетельству бывшего в те годы насельником монастыря иеромонаха Серафима (Степанова)13, всё же красноармейцами была предпринята попытка осквернить гробницу, закончившаяся тем, что всех кощунников необъяснимо разбил паралич14. Чудеса же от гробницы и вериг преподобного даже в те годы не прекращались, сам отец Серафим исцелился по молитвам схимонаха Вассиана15.

В 1921 году начался страшный голод. Святейший Патриарх Тихон призвал всех, и, особенно православных христиан, помочь страждущим. Обескровленная, ограбленная, но всегда милосердная и братолюбивая Христова Церковь начала жертвовать всем, что ещё осталось. Но не о голодающих думала языческая власть. 10 февраля 1922 года, сразу после опубликования воззвания Святейшего Патриарха, появляется декрет ВЦИК об изъятии церковных ценностей на нужды голодающих, где под видом помощи пострадавшим начались откровенный грабёж и осквернение церковных святынь, священных сосудов, прочих богослужебных предметов, икон, облачений. Все ценности Алатырского монастыря, драгоценные ризы с чудотворных икон Казанской Божией Матери, Спасителя, многих других были похищены и вывезены в Симбирск. Награбленные сокровища собирались на центральный городской пункт, где оценивались и переправлялись для дальнейшей перепродажи, и лишь малая часть полученных материальных средств шла голодающим, самое ценное пополняло партийную казну, «золото партии».

В 1925 году в день праздника Благовещения Пресвятой Богородицы скоропостижно скончался Святейший Патриарх Российский Тихон, а 14 декабря того же года митрополит Сергий (Старогородский) объявил, что берёт высшую церковную власть в свои руки как заместитель, назначенный местоблюстителем — митрополитом Петром, находящимся в то время под арестом. Каноническая неоднозначность принятого митрополитом Сергием решения вызвала «григорианский» раскол в среде духовенства. В 1926 году появился самозваный временный Высший Церковный Совет, который сразу получил официальную регистрацию властей и поддер-жку со стороны ГПУ. Одним из наиболее активных представителей григорианского раскола стал епископ Ульяновский Виссарион (Зорин), правящий архиерей епархии, куда входили и Алатырь, и Свято-Троицкий Алатырский монастырь16. Церковь, на радость большевикам, разрушалась изнутри, и для борьбы за единомыслие, для защиты верных от «производящих разделения и соблазны» (Рим. 16, 17) иерархов нужны были новые подвижники, исповедники веры и благочестия, готовые претерпеть даже смерть ради церковного единства, дабы все «единодушно, едиными устами славили Бога» (Рим. 15, 6).

В 1925 году временно управляющим Алатырским викариатством был назначен епископ Ибресинский Герман17, викарий Ульяновской епархии, рукоположенный 31 декабря 1924 года Святейшим Патриархом Тихоном и направленный в Чувашию как представитель канонической церковной иерархии. Пребывая на кафедре в Алатыре, он немало перенёс испытаний со стороны обновленцев и григорианцев. Был такой случай. В один из воскресных дней он направился на богослужение в женский Киево-Николаевский монастырь. Но едва он миновал монастырские ворота, как на него со всех сторон посыпались камни — их в него с руганью и поношением бросали монашки. Оказалось, что монастырём овладели григорианцы во главе с епископом Виссарионом (Зориным), которые научили монашек встретить «сергиевского» епископа градом камней18. Таким было время его исповеднического служения. За небольшой срок епископ Герман объехал большую часть приходов и привлёк на свою сторону значительную часть духовенства, ранее обновленцев и раскольников. В 1927 году он был переведен в Самарскую епархию, сохранив свою паству на спасительном пути единства гонимой Церкви Русской.

Между тем накатывалась волна новых репрессий. К началу 30-х годов само существование в Алатыре церквей и монастырских храмов стало восприниматься безбожниками как прямой вызов. В 1934 году в Чувашии прошла компания по сбору цветного металла, ЦИК ЧАССР принял специальное постановление «О заготовке колокольной бронзы»19.Опустели все алатырские колокольни, колокола сбросили и передали как лом в городское отделение Рудметаллторга для последующей переплавки. В 1936—1937 годах было закрыто большинство храмов Алатыря, прекратила своё существование и Свято-Духова пустынь на реке Суре. В течение некоторого времени за общиной Свято-Троицкого монастыря еще сохранялся небольшой домик на территории обители, наконец отобрали и его, многие из братии приняли мученическую кончину20. По преданию, всех вывели во двор и тут же без суда и следствия расстреляли. Архимандрит Даниил был арестован, народное предание сохранило в памяти, что над арестованным настоятелем святой обители жестоко издевались, затем осудили, сослали в заключение на Соловки, где и закончился его исповеднический путь.

Неизвестна точная дата окончательного разорения монастыря, однако уже в 1931 году, согласно письменному свидетельству алатырца А. Тылюдина, «постигла печальная участь и мужской Троицкий монастырь: настоятеля архимандрита о. Даниила заключили в тюрьму, монахов разогнали, летний и зимний храмы монастыря закрыли и опечатали»21, территория монастыря была объявлена закрытой зоной и передана в ведение НКВД. Что происходило в эти годы за колючей проволокой алатырского «спецобъекта», открылось только тогда, когда монастырь был снова возвращен Церкви. Многочисленные захоронения, на которые во время восстановительных работ то и дело натыкалась братия, наглядно свидетельствовали, что некогда здесь находилась чекистская зона смерти. Находились останки, мощи святых исповедников со связанными руками, со следами пыток, пробитые пулями черепа, даже детские косточки.

Оказалось разорённым и монастырское кладбище. Братские захоронения были разграблены, из могил исчезли наперсные кресты и церковные награды из драгоценных металлов, принадлежавшие покойным. Очевидцы рассказывали, как гробы и отдельные кости выносили из монастырских ворот и сваливали в большую кучу в ожидании вывоза в неизвестном направлении. Сохранилось свидетельство алатырского горожанина Владимира (ныне уже покойного — прим. сост.), что, проходя в то время мимо обители, он видел большую дубовую колоду, стоящую отдельно при дороге, ветхую от времени, однако целую. Под сдвинутой на бок крышкой покоились нетленные мощи неизвестного монаха. Пораженный увиденным, Владимир поспешил домой позвать людей, чтобы спасти святые останки от дальнейшего поругания. Обратно вернулся с женой Анисией, однако у ворот уже ничего не было — всё увезли. Расспрашивать людей, в какую сторону повезли гробы, а тем более следовать за подводами, Владимир с Анисией не решились, и тайна дубовой колоды с нетленными мощами так и не раскрылась. По всей видимости, разоряя монастырское кладбище, гонители наткнулись на место упокоения неизвестного угодника Божия, подвизавшегося в самый ранний период существования обители22.

Так к началу 30-х годов было насильственно прервано течение монашеской жизни в Троицкой обители. Однако верующие хранили память о монастыре и тайком приходили, чтобы помолиться возле монастырских стен. Многие рассказывали, что даже закрытый монастырь продолжал жить таинственной жизнью — то слышалось приглушённое пение монашеского хора, то неожиданно в воздухе разносилось благоухание ладана, то видели в окне горящую лампаду над гробницей схимонаха Вассиана в уже закрытом и опечатанном пещерном храме обители23.

Необычное в монастыре замечали не только верующие, но и новые «хозяева», отчего неуютно чувствовали себя в его стенах. Когда часть монастырских корпусов была передана под милицейские казармы и общежития для рабочих, в них стали твориться странные вещи: дневальные то и дело докладывали начальству о таинственного вида старце в монашеском одеянии, который посреди ночи, когда все двери были заперты, неведомо как попадал в казарменные коридоры и грозил им: «Уходите отсюда, нечего вам здесь делать!». После этого монах таким же неведомым образом исчезал, оставляя видевших его в паническом страхе.

Перед началом Великой Отечественной войны гонения на Церковь усугубились. После 20 лет безуспешных усилий уничтожить в сознании православного народа России христианскую веру и любовь к Богу языческая власть перешла к окончательному и полному физическому истреблению всего духовенства и верующих мирян. Гонения 30-х годов превосходили по своей жестокости все предшествующие. Для ареста верующих уже не требовалось никаких причин, они однозначно считались политическими врагами и контрреволюционерами. В концлагерях и тюрьмах были расстреляны большинство находящихся в заключении церковно- и священнослужителей. К 1938 году на территории России были закрыты все православные монастыри, действующих храмов почти не осталось. В то же время большевики взорвали и высокую колокольню Свято-Троицкой обители вместе с оставшимися колоколами (больший из них весил около четырех тонн24), снять которые ранее не удалось. Обломки здания не стали вывозить, их развезли по территории, разровняли, скрыв под камнями разрушенной колокольни наскоро зарытые останки расстрелянных христиан. В 1940 году богослужения прекратились и в последней приходской алатырской Знаменской церкви25.

Территорию обители приспособили под промышленное производство, в помещениях Сергиевской, Казанской и пещерной церквей, в игуменском и братских корпусах обосновалась баянная фабрика, затем её перепрофилировали в лыжную, а после 1942 года часть монастыря, включая Троицкий собор, заняла махорочная фабрика, эвакуированная с оккупированной немцами Украины. После войны здесь проживали немецкие военнопленные, от которых вплоть до 90-х годов оставались вымощенные булыжником дороги в Алатыре.

После случившегося на махорочной фабрике в 1947 году сильного пожара Троицкий собор был сильно перестроен. Новые перекрытия разрезали здание собора на несколько этажей, стены, уже начавшие разрушаться, укрепили каменными пристроями, пробили дополнительно оконные проёмы. Планировку территории приспособили для большего удобства производства, варварски разрушив отлаженные дореволюционными инженерами дренажную систему и другие сети. Везде царили бесхозяйственность и безвкусица, беспорядочно торчали и свешивались блоки, канаты, трубы, балки — обычные производственные «достопримечательности» всех советских заводов и фабрик.

Пожары случались неоднократно и на махорочной, и на лыжной фабриках в течение всего времени их существования в стенах святой обители. По словам одного из старейших алатырских священнослужителей протоиерея Николая Ефремова, у работников фабрики и окрестных жителей сложилось твёрдое убеждение, что место для производства махорочного зелья было подобрано крайне неудачно — где некогда возносились к Богу пламенные иноческие молитвы и ныне в забвении пребывают поруганные могилы праведников.

Обитель, воскресшая заново

В 1988 году остановилось некогда «стратегическое» махорочное производство, фабрика прекратила своё существование и, оставленная без внимания, стала быстро превращаться в руины своими бывшими работниками, так что местные власти не нашли другого решения, кроме сноса разорённых зданий, не представлявших для них никакой ценности. На опустевшей территории при участии иностранного капитала планировалось организовать производство медицинского оборудования.

В этот критический момент на защиту старинных монастырских зданий поднялась городская общественность. В республиканские инстанции — культурные, образовательные, охраны памятников — посыпались многочисленные письма и обращения с требованиями отменить снос строений, которые, хотя и были доведены до аварийного состояния, всё же были историческими памятниками, пережившими не одно столетие. В результате 23 октября 1990 года Постановлением Совета Министров Чувашской АССР комплекс Свято-Троицкого монастыря был принят под государственную охрану как памятник истории и архитектуры местного значения.

В 90-е годы, после падения в СССР коммунистического режима и кризиса партийной идеологии, коренным образом изменилось и отношение государственных структур к Православной Церкви. Началось возвращение Церкви отнятых у неё храмов и монастырей. В апреле 1993 года вышло соответствующее распоряжение Президента Российской Федерации, на основании которого, по прошению архиепископа Чебоксарского и Чувашского Варнавы, в марте 1995 года Алатырская городская администрация передала в пользование Чувашской епархии для возрождения монашеской жизни комплекс Свято-Троицкого монастыря. 23 мая 1995 года указом архиепископа Варнавы был назначен исполняющий обязанности наместника Свято-Троицкого мужского монастыря города Алатыря игумен Сергий (Куприянов), настоятель церкви Скорбящей иконы Божией Матери села Мирёнки Алатырского района. Наконец, в сентябре того же года Указом Президента Чувашской Республики «в целях восстановления исторической справедливости и культурно-нравственной преемственности поколений, возрождения памятников истории и культуры религиозного назначения, разрушенных в прошлые десятилетия», было определено обеспечить соответствующим инстанциям полную передачу комплекса Свято-Троицкого монастыря в городе Алатыре Чебоксарско-Чувашской епархии и оказать помощь в его ремонте и реставрации.

Но действительным началом возрождения монашеской жизни в обители стало назначение 6 октября 1995 года Священным Синодом Русской Православной Церкви, по ходатайству архиепископа Чебоксарского и Чувашского Варнавы, первого после долгого периода гонений наместника Свято-Троицкого мужского монастыря города Алатыря — иеромонаха Иеронима (Шурыгина). Будущий наместник, постриженник Псково-Печерского монастыря, до своего назначения — благочинный афонского монастыря святого великомученика Пантелеимона, после Святой Горы Афон в Россию приехал не сразу. Долгое время он подвизался на Святой Земле, которую всем сердцем полюбил и вернуться куда для монашеских подвигов стало его сокровенным желанием. Только по приглашению Владыки Варнавы, которого отец Иероним всегда особенно почитал, он вместе с несколькими братьями, тоже будущими насельниками алатырского монастыря, приехал в Чувашию. Недоброжелательно его встретило новое место служения. Клевета, поношения и гонения, угрозы и даже покушения на жизнь стали постоянными спутниками «чужаков» на новых приходах, где, несмотря на это, они постоянно служили, восстанавливали церкви, утешали любовью страждущий народ. Но главное делание — возрождение монашеской жизни на месте разорённой обители — началось, когда получил иеромонах Иероним, впоследствии игумен и архимандрит, после 20 октября 1995 года соответствующий указ архиерея, всего за несколько дней до дня тезоименитства чудотворца Алатырского схимонаха Вассиана26, почитавшегося и всегда особым богослужением отмечавшегося в Свято-Троицкой Алатырской обители27.

Не может укрыться город, стоящий на верху горы (Мф. 5, 14). Новая обитель стала благодатным местом, куда удивительным Промыслом Божиим под старческое окормление наместника-духовника стала собираться братия со всех уголков России. Началось возрождение из руин некогда славного и благоустроенного монастыря, начался новый период монастырского расцвета.

Объём работ предстоял огромный. Но особый подвижнический дух зажигал сердца всех приехавших потрудиться во славу Божию. Самоотверженными трудами творились чудеса28. В монастыре не оставалось ни одного здания, пригодного для жилья. В течение короткого времени были восстановлены первые братские кельи, и с весны 1996 года начался ремонт церкви Казанской иконы Божией Матери. Первоначально планировалось возвести небольшой деревянный храм. Представлялось, что в нём, в отличие от сильно разрушенных каменных монастырских церквей, можно будет начать служить гораздо быстрее. Однако всё получилось иначе. На вопрос о деревянной церкви протоиерей Николай Гурьянов 29,известный всей Православной России духоносный старец с острова Залит, ответил: «Стройте, стройте, только каменный-то — лучше». И действительно, возведение деревянного храма как-то не сложилось, а каменный Казанский храм был восстановлен и освящён архиепископом Варнавой уже 25 июля 1996 года, после чего в обители установилась ежедневная чреда уставных богослужений.

Второй восстановленной церковью стала пещерная, где находилась ранее гробница угодника Божия схимонаха Вассиана. Много было надежд у братии обрести нетленные мощи чудотворца, но вместо того с правой стороны церкви было обретено небольшое помещение, где били несколько ключей непосредственно внутри храма. Увидев такое чудо, братия монастыря устроила мраморный колодец — колодец схимонаха Вассиана с удивительной целебной водой30.25 декабря 1997 года работы были закончены, и храм был освящён в честь великого угодника Божия и чудотворца земли Русской преподобного Серафима Саровского, обещавшего всегда молиться за Алатырскую обитель31.

Обитель становилась всё более известной, росло число братии и паломников, приезжавших в монастырь даже из зарубежья. По праздникам Казанская церковь уже не вмещала всех молящихся, и весной 1997 года было начато восстановление самого большого храма в честь покровителя русского монашества преподобного Сергия Радонежского32. Работы продолжались более года, помещение церкви было особенно разрушено и перестроено. После многочисленных пожаров потолок обвалился, слой строительного мусора, залитого сверху асфальтом, занимал более метра, кирпичные стены местами сгнили. Крышу удерживали уродливые стальные фермы, на месте алтаря была подземная ёмкость, полная мазута. Братия и паломники вручную носилками вынесли из храма мусор, разобрали безобразные промышленные конструкции, очистили осквернённый алтарь, заново выложили повреждённые стены. Интерьер храма был спроектирован заново, крыша разобрана, устроен купол. И наконец просторный, светлый, с изящными линиями снаружи, словно корабль, увенчанный византийским куполом с позолоченным крестом, храм был освящен 3 октября 1998 года.

За короткий срок были восстановлены и заново построены братские корпуса, трапезная, гостиница вне монастыря и трапезная для паломниц, склады, мастерские — швейная, иконописная, просфорня, пекарня, монастырь преображался на глазах. Глядя на возрождавшуюся обитель, с трудом можно было уловить сходство с фотографиями из монастырского архива двух-трёхлетней давности, с печальными руинами посреди грязного, непроходимого, заваленного хламом двора.

Но далеко не все испытывали радость, видя возрождение святыни. Ещё долгое время непосредственным соседом братии в стенах древней обители оставалась Алатырская лыжная фабрика — поначалу ещё действовавшее деревообрабатывающее производство. Приватизировав в смутные годы «перестройки» всё имущество, находившееся на занимаемой производством территории, руководство фабрики потребовало от епархии громадную компенсацию в 2,5 миллиарда рублей за якобы отчуждённую собственность, а именно за здание, включавшее в себя Сергиевский, Казанский и Серафимовский храмы, ранее используемое фабрикой под производственные цеха и склады, ужасное состояние которых уже было описано. Началось время судов, которые показали, какую ненависть к монастырю и Православию испытывают люди, сражённые страшной духовной болезнью — ненасытным сребролюбием. Борьба за монастырские храмы велась не только в здании столичного суда, у стен которого десятки верующих чебоксарцев стояли с плакатами: «Отдайте Богу — Божие!», «Монастырь — монахам!». И Правда Божия победила. Окончательным своим решением суд признал незаконными приватизацию и все дальнейшие сделки с монастырскими зданиями, уже являвшимися в то время объектами государственной охраны, памятниками истории и архитектуры, а все требования руководства фабрики оставил без удовлетворения.

Сама же фабрика просуществовала ещё недолго, производство прекратилось, все помещения быстро пришли в негодность, стали стремительно разбираться и разрушаться, несколько пожаров ускорили уже необратимый процесс. Постепенно монастырю передавалась опустевшая территория, и начальным этапом стало возвращение всего монастырского кладбища, на части которого был построен дом неизвестного назначения, но «со всеми удобствами». Наместник монастыря долго и безуспешно просил руководство фабрики снести здание, оскверняющее могилы праведников. Наконец полуразвалившееся строение было передано монастырю и тут же разобрано, забор пошёл уже не по могилам, а по границе старинного кладбища обители. В 2000 году Алатырская лыжная фабрика была объявлена банкротом, в 2001 году её работникам выплатили оставшиеся долги, а здание фабрики собрание акционеров признало негодным к эксплуатации и ремонту и списало с соответствующего учёта. Так бесславно закончилось существование последнего промышленного производства в стенах святой обители. Всю территорию передали монастырю, а в 2002 году бригада подрывников из Казани разобрала после неудачного взрыва33 остатки здания фабрики.

В 1997 году в праздник Тихвинской иконы Божией Матери в монастырь приехал последний из оставшихся в живых после большевистских гонений бывший насельник Алатыр-ского мужского монастыря, 95-летний старец иеромонах Серафим34. Родные стены радушно встретили того, кто после жестоких испытаний вновь вернулся в свою обитель, и преемство монашеское Промыслом Божиим не прервалось.

Отец Серафим, уже тяжело больной, рассказал братии, как летом 1925 года пришел он в Алатырский Свято-Троицкий монастырь и спросил, как ему увидеть Владыку Германа35,который происходил, как и он, из Батыревского района. Владыка принял своего земляка и определил его в послушники. Вскоре состоялся и его постриг в монашество. Спустя несколько лет, летом 1930 года, уже другой Алатырский викарий епископ Митрофан36 пригласил к себе отца Серафима, к тому времени — молодого иеромонаха, сказал, что монастыря скоро не будет, и благословил служить на приходе в церкви святого Архистратига Божия Михаила в селе Эшмикеево Яльчикского района, где в 1935 году иеромонах Серафим был арестован и вступил на исповеднический путь.

20 февраля 1999 года в канун Прощеного Воскресения старец иеромонах Серафим с миром почил и был похоронен на братском кладбище.

Алатырские горожане явно не ожидали такого быстрого возрождения монастыря, и общественное сознание долго не могло объяснить необычного «феномена», происходившего на их глазах. Только со временем районные и городские власти увидели и оценили благотворное влияние обители и уже лично стали общаться с наместником и братией монастыря, стараясь, по возможности, помогать возрождению святыни.

15 октября 1998 года глава Алатырской районной администрации по ходатайству наместника обители передал в бессрочное пользование Свято-Троицкому мужскому монастырю для ведения подсобного сельского хозяйства 92 гектара пахотной земли в нескольких километрах от города. Так началась история еще одной монашеской обители, подворья Алатырского мужского монастыря, в дальнейшем получившего название Рождественского скита. В 2000 году подворье получило разрешение на строительство сельскохозяйственного комплекса. Началось строительство необходимых хозяйственных построек, животноводческой фермы, пасеки, птичника, корпусов для обслуживания и проживания монашеской братии. На скит провели газ, электричество, телефонную связь. Наконец, в центре скита был построен храм Рождества Христова, выдержанный в старинном византийском стиле с удивительно красивой резьбой и иконостасом. Со временем в скиту, как и в монастыре, началась ежедневная чреда богослужений, руководитель монастырского хозяйства получил статус настоятеля подворья, стал налаживаться устав духовной жизни. В настоящее время в пользовании Рождественского скита находятся 320 гектаров пахотной земли, достаточный парк собственной сельскохозяйственной техники, ремонтная база, в скитском пруду разводят рыбу. Неоднократно глава Алатырской районной администрации называл хозяйство Рождественского скита образцовым.

В конце декабря 1999 года решением городского собрания депутатов улице, на которой находится монастырь, было снова возвращено название Троицкой (до этого — улица Щорса — прим. сост.).

8 июля 2001 года Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II, вместе с митрополитом Чебоксарским и Чувашским Варнавой и Президентом Чувашской Республики Н. В. Фёдоровым посетил святыни города Алатыря. Визит Патриарха стал историческим событием в жизни города и своеобразным итогом самого важного начального периода возрождения святой обители. Святейший Патриарх в сослужении архиереев и клириков совершил Божественную Литургию в храме Преподобного Сергия Радонежского Свято-Троицкого мужского монастыря, наградил наместника и наиболее потрудившуюся братию церковными наградами, посетил Рождественский скит, где с большим вниманием и удовлетворением осмотрел всё скитское хозяйство. По совершении Божественной Литургии наместник архимандрит Иероним преподнёс Предстоятелю Русской Церкви икону Живоначальной Троицы, написанную братией обители. С первосвятительским словом обратился к верующим Святейший Патриарх: «С особым чувством я посетил этот монастырь, который был разрушен, опустошён, где была мерзость запустения. Я понимаю, почему и Президент республики, и Владыка митрополит хотели, чтобы я непременно посетил этот монастырь: поистине величественные обители создавали наши предки во славу Божию. Часто задаешь себе вопрос: как могла подняться рука уничтожить такую красоту? Но, слава Богу, Господь судил нам жить в то время, когда возрождаются порушенные святыни, когда люди вновь обретают дорогу к храму и к Богу. Сегодня мы совершили здесь с собором архипастырей и сонмом духовенства Божественную литургию, и я верю, что благодать Господня, которая укрепляет наши немощные силы, поможет возрождению этой святыни нашей земли и множество монашествующих будут прославлять Господа, молиться за мир, за земное отечество и за нашу Святую Церковь — в этом залог будущего и Республики Чувашии, и всей России. После многих десятилетий богоборчества люди вновь осознают, что без веры невозможно жить, и вновь обретают то, что служит единым на потребу (Лк. 10, 42). Проповедь христианства продолжается, и каждый из нас своей жизнью должен свидетельствовать о Христе и о нравственном христианском законе, который Господь оставил нам. Я молитвенно желаю, чтобы благословение Божие пребывало с этой возрождающейся обителью, чтобы Господь помог и далее восстанавливать её былую славу и красоту»7.

Во время праздничного обеда Президент Чувашии Н. В. Федоров выразил свою благодарность Святейшему Патриарху за его визит, с большим удовлетворением отметил самоотверженные труды наместника архимандрита Иеронима с братией по возрождению святой Алатырской обители и выразил надежду, что со временем будет восстановлен и главный Троицкий собор монастыря, обещая всячески этому помогать и способствовать. Такое предложение Президента Чувашии вызвало большую радость у всех присутствующих духовных лиц, а Святейший Патриарх заметил, что если собор будет построен, то он лично приедет его освящать.

Благословение Святейшего Патриарха оказалось столь действенным, что уже в следующем году начались работы по строительству собора Живоначальной Троицы. Наместник с братией не стали ждать обещанной помощи а, уповая на милость Божию, неутомимо начали трудиться, воплощая в жизнь давнюю мечту настоятеля обители митрополита Чебоксарского и Чувашского Варнавы — величественный собор в центре возрождённой обители.

Вместе с возрождением храмов в обители возрождался и весь уклад монастырской жизни, постепенно складывался особый духовной облик монастыря, где в основу духовной жизни были положены отцом наместником архимандритом Иеронимом жертвенная братская любовь и исповедническое служение православной Матери-Церкви: «Основа нашей жизни — это любовь к Богу, это любовь к ближним. В чём же любовь к ближним проявляется? Это самопожертвование. Все, что мы можем дать, мы должны отдавать от чистого сердца, несмотря ни на время, ни на здоровье, потому что в наше тревожное время много нуждающихся. Цель монастырей — это не только созидать внешние обители, которые разрушены, а созидать внутренний свой храм, внутреннюю свою обитель и через это созидание как можно больше потом помочь скорбящим, плачущим и нуждающимся — не только телесно, но и, самое главное, духовно. И любовь — эта основа моей жизни, и ради любви можно пойти на смерть. Только за кого — за Веру, за Церковь, за славу Божию и, конечно, за ближних»38.

Возвращение святынь

Летом 1997 года в ещё разорённый, но уже живущий молитвенной жизнью монастырь, в возрождённый храм Казанской иконы Божией Матери, вернулись похищенные из обители в советские времена древние иконы. Уже без драгоценных риз, но сохранённые в целости благочестивыми христианами, эти иконы стали очевидным Божиим благословением молодой братии.

Чудотворные иконы — Нерукотворенный Образ Спасителя, Казанская икона Божией Матери, иконы святых мучеников Антипы и Иоанна Воина — прославились ещё в прошлые века, о чём подробно писал в своих известных трудах симбирский историк В. Э. Красовский39.

Икона Нерукотворенного Спаса первоначально находилась над воротами, на стене проезжей Московской башни Алатырской крепости. В один из набегов на город воровских шаек, в царствование императрицы Елизаветы Петровны, нападавшие подожгли «рубленый» город, пожар истребил его южную часть и стену с Московской башней. Через несколько лет, после 1754 года40, алатырцы решили разобрать остатки сгоревшей башни и нашли под пеплом уцелевший образ Нерукотворенного Спаса в полной сохранности. Вскоре икона прославилась как чудотворная, и в 1843 году по ходатайству жителей города Алатыря перед епархиальным начальством Симбирская духовная консистория предписанием от 20 августа 1843 года разрешила перенести образ Нерукотворенного Спаса в Свято-Троицкий монастырь из дома, где он до этого находился, а там оставить точную копию. Впоследствии на этом месте была построена на пожертвования горожан большая каменная часовня, в которую была поставлена та же копия Нерукотворенного Образа. Выстроенная часовня находилась в заведовании Свято-Троицкого монастыря, перед святой иконой всегда горела неугасимая лампада. В советские времена часовня была разрушена. Усердие горожан к Нерукотворенному Образу и вера в его чудодейственную силу никогда не ослабевали в православном народе. Алатырцы прибегали своими молениями к этой чудотворной иконе, особенно замечательны были случаи исцелений в годы эпидемий холеры, когда было много фактов быстрого, почти мгновенного выздоровления. К сожалению, эти проявления милости Божией от чудотворного Нерукотворенного Образа не сохранились в письменных документах, но лишь в устном народном предании.

Другая чудотворная икона — Казанская икона Божией Матери — явилась чудесным образом в загородной Ключевской пустыни, приписанной к Свято-Троицкому монастырю в 1764 году41. До этого пустынь находилась только в заведовании и управлении монастырём.

Икона Казанской Божией Матери, по преданию, явилась в начале XVIII столетия на роднике недалеко от села Четвертакова42. Мордва, населявшая окрестности, пребывала в то время в язычестве и, по преданию, только через чудотворения, бывшие от вновь явившейся иконы Богоматери, уверовала и приняла святое крещение. Документов, к сожалению, никаких не сохранилось. Все они были истреблены огнём в большой пожар, случившийся в монастыре в 1775 году. Только из древней надписи, записанной уставом на деревянной доске, которую В. Э. Красовский сам видел в Ключевской церкви43,было видно, что над родником, где по преданию явилась чудотворная икона Казанской Божией Матери, в 1768 году по указу Свято-Троицкой Сергиевой лавры была построена первая деревянная церковь во имя Казанской иконы Божией Матери, освящённая в том же году 29 августа приходским священником села Четвертакова отцом Иоанном с причтом. В дореволюционном архиве Свято-Троицкого монастыря хранилась благословенная грамота44, данная в 1767 году преосвященным Феофаном, епископом Нижегородским и Алатырским, архимандриту Троицкого монастыря Геннадию, о том, что первая деревянная церковь, построенная над родником, пришла в ветхость и была сломана, а вместо неё была построена новая деревянная того же наименования, а также и том, что из Свято-Троицкого монастыря с давнего времени ежегодно носили в пустынь на ключ чудотворный образ Казанской Богоматери. Всё это вместе взятое подтверждает верность предания, что чудотворная икона Казанской Божией Матери действительно явилась на роднике Ключевской пустыни. Каменный храм в Ключевской пустыни был заложен, как это следовало из той же надписи на деревянной доске, в 1806 году и на другой год окончательно отделан и освящён. Относительно освящения храма надпись эта гласила следующее: «В лето новыя благодати, по воплощении Единороднаго Сына и Слова Божия 1807 г., июля 29 дня; первоначально и действительно освящена оная бысть настоящая каменная новая святая Божия церковь по чиноположению церковному, тоже именование, под названием во имя Казанския Божия Матери при державе Великаго Государя нашего Императора Александра Павловича, Самодержца Всероссийскаго, и по благословению Святейшаго Правительствующаго Всероссийскаго Синода, и епархиальнаго вышепоказаннаго своего архиерея его высокопреосвященства Павла, архиепископа казанскаго и симбирскаго на последовавшее ниже прошение и во исполнение резолюции архиерейской и по указу казанской духовной консистории, а освящал действительно оный первоначально вышеписанный Святой Божий храм, яже новую каменную сию настоящую церковь богоспасаемаго града Алатыря святыя обители живоначальныя Пресвятыя Троицы сам настоятель отец Авраамий священноархимандрит и яже о Христе с братиею соборне, был оный им освящен храм сей или настоящая яже Божия Святая Церковь»45.

В 1803 году настоятель Свято-Троицкого монастыря архимандрит Авраамий поместил чудотворную икону в новый серебряный позлащённый киот с изображениями: наверху — Святой Троицы, по сторонам — святого Иоанна Богослова и Преподобного Сергия, а по углам — Богородицы Смоленской, Феодоровской, Иверской и Владимирской. На саму же чудотворную икону Казанской Божией Матери архимандрит Авраамий в то же время сделал серебряную позлащённую ризу, украшенную драгоценными камнями, с венцом из червонного золота с надписью: «Изображение чудотворной иконы Казанской Божией Матери, что состоялось в городе Алатыре, в Свято-Троицком монастыре, трудами архимандрита Авраамия»46.

В честь чудотворной иконы Казанской Божией Матери с давнего времени в Свято-Троицком монастыре были установлены два крестных хода: перед праздником святых апостолов Петра и Павла в первый воскресный день, в который ежегодно эта икона торжественно переносилась в Ключевскую пустынь, и 10 июля, когда эта икона возвращалась в Алатырский монастырь. Ко дню перенесения чудотворной иконы в Ключевскую пустынь и ко дню её возвращения в Свято-Троицкий монастырь стекалось почти всё население Алатыря и множество богомольцев из окрестных сёл и деревень. Кроме описанных ежегодно 9 августа совершался ещё один крестный ход, который был установлен с 1849 года после следующего события. С весны 1848 года в Алатыре сильно свирепствовала холера, и никакие врачебные средства не помогали, болезнь уносила в могилу целые семейства. Тогда алатырцы решили обратиться к помощи и заступлению Царицы Небесной, к Ея Казанскому чудотворному образу, для чего просили настоятеля Свято-Троицкого монастыря архимандрита Иезекииля47, сделать распоряжение о возвращении в г. Алатырь чудотворной иконы Казанской Божией Матери, находившейся в то время в уезде. Возвращённая по просьбе горожан, чудотворная икона Казанской Божией Матери встречена была крестным ходом со всех приходских церквей далеко за городом и при большом стечении народа обнесена с молебным пением вокруг Алатыря. На другой день по перенесении чудотворной иконы холера в городе прекратилась. В память чудесного избавления от холеры, согласно указу Святейшего Синода, 9 августа 1849 года был совершён особый крестный ход архиепископом Симбирским и Сызранским Феодотием при участии всего алатырского духовенства, в сопровождении громадного собрания молящихся, после чего 2 сентября того же года был освящён пристроенный к Сергиевской церкви придел в честь Казанской иконы Божией Матери. На месте первой встречи чудотворной иконы была воздвигнута часовня усердием городского главы господина Новикова.

Наконец, почитаемая икона священномученика Антипы и мученика Иоанна Воина, в серебряной ризе с мощами угодников Божиих48, находилась ранее в Свято-Духовой пустыни, приписной к Алатырскому монастырю49.

С самого начала восстановительных работ братия жила надеждой обрести нетленные мощи святого покровителя обители блаженного схимонаха Вассиана, место погребения которого было разорено и приспособлено под производственные нужды лыжной фабрики. Все чувствовали особую духовную связь со схимонахом Вассианом, во всех своих трудах просили молитвенно его помощи и всегда получали особое утешение. Много было исцелений от источника, находившегося поначалу в разрушенном Троицком соборе, издавна известного и почитаемого алатырцами как источник схимонаха Вассиана и обладавшего удивительной целебной силой. Известно, что руководство махорочной фабрики, занимавшей в свое время здание Троицкого собора, неоднократно пыталось избавиться от источника, подмывавшего фундаменты оборудования. Источник заливали бетоном, закладывали плитами, но всё было тщетно, целебная водичка схимонаха Вассиана, на радость верующим, просачивалась сквозь всякие преграды. После того как было начато возрождение пещерного храма и внутри новой церкви открылись родники, прежний источник в разорённом Троицком соборе иссяк, зато открылся новый, рядом с местом погребения блаженного, в восстановленной пещерной церкви. Там был устроен мраморный колодец с той же целебной вассиановской водой. Но снова чудеса исцелений хранились только в устном предании, лишь изредка письменные свидетельства передавали в монастырский архив. Эти свидетельства просты и искренни — свидетельства веры их написавших.

***

Рассказывает Маргарита, искусствовед, сотрудник Музея народного творчества города Ульяновска: «Весной 2002 года мой отец Константин сильно заболел. Болели почки. Врачи выписали кучу лекарств, но папа отказывался их принимать. В то же время требовал лечить его народными средствами. Пил настои трав, но они не помогали. Был Великий Пост, и я привезла из Свято-Троицкой обители г. Алатыря вассиановскую воду. Стали давать больному. Что это за вода, больному не говорили, потому что он в церковь не ходил. Сказали, что вода с целебного источника и содержит полезные вещества. Больной пил воду и к Пасхе получил заметное облегчение, а к лету поднялся на ноги, смог ходить и обслуживать себя. Так, ничего не зная о схимонахе Вассиане, он, по вере своих родных, получил от него целительную помощь»50.

***

У М. К. Сабанова (1925 г. р.) имелась болезнь — аденома предстательной железы. Человек он неверующий. Родственники привезли ему из Алатырского Свято-Троицкого монастыря вассиановской воды. Сам больной ничего о схимонахе Вассиане не слышал, не знал ни одной молитвы, а в храме Божием был последний раз в четыре года. Больному просто сказали, что это целебная вода из монастырского источника. Поначалу, он отказывался пить, но когда за него помолились схимонаху Вассиану, то он выпил полтора стакана. И через короткое время, как только вода прошла по внутренним органам, наступило значительное улучшение. Именно такое улучшение, без которого врачи не могли продолжить дальнейшее лечение. После этого он сам, уже со вниманием, выслушал про схимонаха Вассиана, а до этого гневался и слушать не хотел51.

***

Рассказывает раба Божия Раиса Тюляхова: «Впервые я попала в Свято-Троицкий монастырь города Алатыря на Пасху 1998 года. Привезла из обители вассиановской воды. А через некоторое время, возвращаясь ночью домой, я подвернула ногу в голеностопе так сильно, что еле дошла домой. Нога болит, сильно опухла. С молитвой «Блаженне Вассиане, помоги!» я трижды крестообразно помазала больное место вассиановской водой. Утром опухоли как не бывало, и нога не болела. В октябре того же года я упала, поскользнувшись на свежевыпавшем снегу. Сильно разбила колено, стала накапливаться жидкость в коленной чашечке. Также крестообразно помазывала ногу вассиановской водой. Славу Богу, всё прошло. Каждое утро я поминаю за упокой схимонаха Вассиана, и блаженный Вассиан не оставляет меня своей помощью. Я уже на пенсии, к старости часто опухают ноги. И когда у меня есть вассиановская вода, я пью её как лекарство, и опухоли спадают. О всём благодарю Господа нашего Иисуса Христа и угодника Его Вассиана»52.

***

Прихожанку обители из города Димитровграда Александру в дороге в автобусе постоянно тошнило, и почти всегда дело оканчивалось рвотой. С молитвой она обратилась к блаженному старцу Вассиану: «Преподобный Вассиан, помоги мне. Я буду пить твою водичку, а ты не допусти тошноты и рвоты. Если поможешь мне три раза подряд в поездках — напишу в монастырь о совершенном тобою чуде...». После этой незамысловатой молитвы, — сообщила затем Александра, — я попила водички из источника преподобного Вассиана и спокойно поела. Вскоре подошёл автобус, и я отправилась в далекий путь. Никаких намеков на тошноту не было. На автовокзале в Ульяновске я ещё попила водички, съела два пирожка  — и снова в автобус, уже до дома, до Димитровграда. Еду и радуюсь, преподобный Вассиан мне помогает. Так благополучно сопровождал меня батюшка Вассиан уже много раз. Как милостив Бог и святые Его! Просите — и дастся вам», — закончила свое письмо Александра53.

***

Христианка из Израиля Елизавета Львович сообщила следующее: «Мой сын Иоанн заболел бронхиальной астмой в двухлетнем возрасте. День от дня состояние становилось всё тяжелее. Приступы стали повторяться до трёх раз в день и снять их можно было только гормональными препаратами, а зачастую привести его в себя удавалось только в больнице. Ребёнок из крепкого и здорового превратился в худенького бледного мальчика, очень слабенького, с черными кругами под глазами. Тогда наш духовный отец батюшка Иероним благословил меня и Ванюшу приехать в Россию, в Алатырь, в Свято-Троицкий монастырь, пообещав полное выздоровление Ванюши. Звучало это, словно сказка, и многие родственники отнеслись к этому скептически, тем более что средств на поездку не было. Но батюшка был непреклонен, сказав даже, у кого одолжить деньги на поездку. И вот, взяв ингалятор и все лекарства, мы вылетели в Москву и приехали в монастырь. С тех пор астма покинула наш дом. В Алатыре Ванюша каждый день причащался и пил водичку из источника схимонаха Вассиана. Кстати, доступ к источнику тогда не был так прост и красив, как сейчас. Он находился в развалинах храма, и мне помогали достать из него водичку другие люди. С момента нашего прилета в Россию и всё время пребывания в ней (почти два месяца) Ваня даже ни разу не простудился, а дома это было без конца. Даже когда в квартире рабы Божией Ольги, у которой нас отец Иероним благословил поселиться в Алатыре, все мы заболели гриппом с температурой 40 градусов, Ваня не заразился. Это было фантастично, но правда. Так по молитвам блаженного Вассиана Господь избавил моего сына от этого тяжкого недуга. Я верю, что Господь по молитвам блаженного схимонаха Вассиана помогает и поможет всем, жаждущим Его помощи. Елизавета, Святая Земля, 16 мая 2003 года»54.

***

Казаманова Анна Андреевна из города Балаково Саратовской области посетила впервые Свято-Троицкий монастырь города Алатыря в июле 1997 года в качестве старшей группы паломников. После экскурсии по монастырю паломники пришли к колодцу схимонаха Вассиана, где монастырский экскурсовод налил им по бутылке воды из святого источника. Дальше Анна Андреевна пишет: «Я всем паломникам сказала: ”Наливайте все по одной бутылочке!”, а сама решила набрать три пластиковые бутылочки. И вот, когда мы вышли в притвор храма, у меня вдруг из пакетика, где стояли бутылки, потекла вода... перелить некуда. И поняла я, что батюшка схимонах Вассиан не благословил меня наливать три бутылки, так как людям я велела по одной набирать, а сама пожадничала. И как только я, мысленно сокрушаясь, подумала, что воду я раздам людям, течь прекратилась. Так батюшка схимонах Вассиан меня по-доброму обличил и вразумил»55.

***

Монахиня Ирина (Полищук), проживающая в Алатыре, написала о чуде, которое произошло от воды с источника схимонаха Вассиана в Ставропольском крае, в станице Курской, откуда она сама родом, и чему была свидетельницей в 1999 году: «В этой станице, в храме Святителя Николая, служил батюшка иерей Димитрий, и его матушка Галина была там регентом. По благословению отца Иеронима, наместника Свято-Троицкого монастыря, отец Димитрий приехал в г. Алатырь. Пробыл он там недолго и, уезжая домой на Кавказ, набрал с собой воды со святого источника схимонаха Вассиана. При храме святителя Николая была большая ёмкость, в которую отец Димитрий, жалея прихожан своих, которые не имеют возможности ездить по святым местам, подливал воду со святых источников, и прихожане с радостью и верою погружались в эту воду — как в сам источник, благодаря Бога. Очень многим помогало от головной боли, от болезней ног. Но явное чудо было, когда матушка Галина дома остатки воды от источника схимонаха Вассиана вылила из бутылки в кадку с засохшим цветком. И вскоре появились крупные почки, и цветок быстро зазеленел и расцвёл, чему все дивились, радовались и благодарили Бога и схимонаха Вассиана». Ещё монахиня Ирина написала: «Часто пила я воду (из источника схимонаха Вассиана — прим. сост.),.. и у меня начали очищаться почки, сильно пошёл песок (у меня почечно-каменная болезнь, и я часто страдала от этой болезни, и вот Господь помог святой водичкой с источника схимонаха Вассиана). Благодарю Бога и нашего усердного помощника и молитвенника блаженного Вассиана». Ещё монахиня Ирина вспомнила случай, когда одна приезжая паломница оказалась на ночь глядя без жилья, стала просить помощи блаженного схимонаха Вассиана, и Господь промыслительно привел монахиню Ирину к этой женщине, чтобы та переночевала у неё. Также монахиня Ирина рассказала секретарю монастыря, что, когда она несла послушание в церковной лавке и готовила запивку для причастников, случилось, что она пролила кипяток и сильно обварила руку. Сразу же она пошла к баку с водой из источника схимонаха Вассиана, подставила больную руку под струйку воды, и рука её совершенно исцелилась56.

***

Трудник Владимир (написал без фамилии) сообщил, что во время работы со сварщиком в паре на восстановлении купола храма Сергия Радонежского от сварки на его ногу попал раскалённый кусок металла, отчего образовался сильный ожог. Нога покраснела и опухла. Мысленно Владимир помолился схимонаху Вассиану: «Что же я завтра буду делать, как с такой ногой буду работать на послушании?». Помазав ожог водичкой из источника схимонаха Вассиана, Владимир лёг спать. Утром, по обычаю, встал в пять часов, потом служба, потом завтрак и послушание, а о ноге своей он вспомнил только к вечеру. На удивление ни опухоли, ни боли не было, одна только чёрная точка от ожога осталась на память. «Так мне грешному помог схимонах Вассиан своей водичкой из источника», — закончил Владимир своё письмо57.

***

Пожилой женщине из села Студенец Кузоватовского района Ульяновской области Ненилиной Татьяне во время сбора пожертвований для обители подарили книгу о монастыре и о схимонахе Вассиане и воду из колодца блаженного Вассиана. Через некоторое время от Ненилиной Татьяны пришло письмо, где она между прочим благодарила за прочитанную книгу и описала некоторые исцеления от воды из источника схимонаха Вассиана: «Ещё за воду вашу благодарим, она нам помогает, и я передавала, у кого болят ноги, то стали ходить без палочки, а у одной болело лицо, очень не смела (стеснялась — прим. сост.) ходить по народу, я с ней поделилась, дала водички, и лицо стало получше. За всё вас благодарим»58.

***

Удивительным было и явление иконы преподобного Вассиана на колодце в пещерном храме в 1998 году. До сих пор никто не знает, кто её написал и кто её принес в церковь. Несколько икон преподобного в процессе подготовки к канонизации уже были написаны ранее, и иконописцы, их написавшие, были известны, про авторство же этой иконы не известно ничего.

Не только своей утешительной помощью и любовью являл себя верующим блаженный старец Вассиан59, неоднократно его созерцали и в видениях духовные лица: епархиальный архиерей, наместник обители, братия. Разными были эти видения, но суть их была одна: схимонах Вассиан таинственным образом не оставляет свою обитель. Желание обрести нетленные мощи блаженного старца не оставляло братию монастыря и городское духовенство, приходские священники беседовали с алатырскими старожилами, по крупицам собирая сведения о тайне святых мощей60, неоднократно разными лицами предпринимались попытки обрести мощи преподобного, но всякий раз безрезультатно. Господь пока хранит эту тайну.

Жители Алатыря и братия обители несомненно верят, что нетленные мощи будут в своё время обретены, преподобный Вассиан будет прославлен в лике преподобных, и многочисленные богомольцы, страждущие, отчаявшиеся, требующие исцеления, утешения и помощи будут с верою прибегать к чудотворцу Алатырскому схимонаху Вассиану, с любовью и благодарностью прославляя угодника Божия61: Вёрнw крcтw1мъ w3гражда1еши, и3 любо1вію всz6 покрыва1еши, чудеса1ми мi1ру сіz1еши, и3сцэлz1ши tча1zнныхъ пребога1тэ, гра1ду а3ла1тырю бл7гослове1ніе, земли2 рwссi1йскіz u3краше1ніе, прпdбне вассіа1не бл7же1нне, моли2 всест7yю трbцу, сп7сти1сz душа1мъ на1шимъ.

примечания

ВЕЛИКИЙ ТРУЖЕНИК ДУХОВНЫЙ

1. В.Э. Красовский. Алатырская старина. Путевые заметки по археологии и истории Алатырского края. – Симбирск, 1899 . – С. 4.

2. РГАДА, ф. 248, оп. 3, д. 107. Дело о необходимости ремонта городских укреплений.

3. Описание Алатырского Троицкого монастыря. Архив профессора К. Невоструева. – Ульяновский ГА, ф. 719, ед. хр. 8.

4. В.Э. Красовский. Алатырская старина. Путевые заметки по археологии и истории Алатырского края – Указ. соч. – С. 5.

5. В.Э. Красовский. Трехсот-пятидесятилетие города Алатыря. Краткий исторический очерк. Симбирск, 1902 . – С. 5. (Согласно этому исследованию, год основания Свято-Троицкого Алатырского монастыря – 1584-й.)

6. Там же. – С.6.

7. П.И. Мельников-Печерский. Очерки мордвы.

8. Дионисий (Зобниковский Давид Федорович), архимандрит Троице-Сергиевой Лавры. Родился около 1570 г. Сначала был сельским священником. В 1605 г. в Старице был поставлен в архимандриты; часто ездил в Москву по делам монастыря, сошелся с патриархом Гермогеном и не раз выходил вместе с ним для увещания народа, возмущавшегося против Шуйского. В начале 1610 г. Дионисий был возведен в звание архимандрита Троице-Сергиевой лавры, восстанавливал лавру после осады её поляками, заботился о больных и голодных, погребал умерших. В грамотах, которые он рассылал с гонцами по городам, он призывал всех военных людей ко спасению отечества от поляков и возбуждал богатых к пожертвованиям. Ему помогал келарь монастыря Авраамий (Палицын). Грамотой Дионисия были подняты Минин и нижегородцы. Когда Пожарский и Минин шли к Москве, Дионисий и Авраамий убеждали их идти скорее, чтобы предупредить Ходкевича, казаков они уговорили примкнуть к отряду Пожарского. Когда по воцарении Михаила Феодоровича был восстановлен в Москве печатный двор и начато печатание церковного «Требника», это поручили архимандриту Дионисию, дав ему в помощники троицких монахов Арсения и Антония и священника Ивана Наседку. Рассматривая старый «Потребник», Дионисий нашёл в нём неправильности и ошибки и решил устранить их. Затем он исправил и некоторые другие богослужебные книги, отпечатал и разослал евангельские и апостольские беседы, переведенные Максимом Греком. Это возбудило против него многих монахов и священников, которые нашли поддержку у крутицкого митрополита Ионы и у матери царя. Дионисий был вызван в Москву, где должен был защищаться от обвинений. Сильные противники скоро объявили его еретиком, приговорили к штрафу в 500 рублей и, за неимением у него денег, пытали его в течение нескольких дней, а затем заточили в московском Новоспасском монастыре. Патриарх Московский Филарет рассмотрел дело Дионисия, нашёл его правым и с честью вернул в Троицкий монастырь. Архимандрит Дионисий старался искоренять пороки среди монашествующих. Всё настоятельство Дионисия было для него временем тяжких испытаний и невзгод. Умер архимандрит Дионисий в мае 1633 г. (А.В. Горский. Историческое описание Троице-Сергиевой Лавры с приложениями архимандрита Леонида. – М., 1879; Д. Скворцов. Дионисий Зобниковский – архимандрит Троице-Сергиева монастыря. – Тверь, 1890).

9. Авраамий (Палицын Аверкий Иванович), келарь Троице-Сергиевой Лавры, знаменитый современник архимандрита Дионисия (Зобниковского). Принадлежал к древнему роду дворян Палицыных, выехавших из Литвы при Дмитрии Донском. По преданию, родился в селе Протасьеве, Ярославской губернии, близ Ростова. Родители неизвестны. В 1588 г. подвергся опале, был сослан, имение было передано в казну. Постриг принял в Соловецком монастыре. В 1594 г. вместе с другими Соловецкими старцами был прислан в Троице-Сергиев монастырь. В 1601–1608 гг. жил в Богородицком Свияжском монастыре Казанской губернии. В 1608 г. вновь переведен в Троице-Сергиев монастырь на должность келаря. Вместе с архимандритом Иосафом рассылал грамоты, укреплял народ стоять за царя Шуйского против Тушинского Лжедмитрия. Во время осады лавры войсками Сапеги и Лисовского в 1608 г. по повелению Шуйского жил в Москве. Во время сильного голода по приказанию Шуйского вывозил на рынок хлеб из московских монастырских житниц с целью сбить цены. После низведения в 1610 г. с престола Шуйского был направлен с богатыми дарами в составе посольства под Смоленск к Сигизмунду III с тем, чтобы тот дал королевича Владислава на царство. Однако вместе с другими послами был задержан Сигизмундом, томим голодом и после измены русскому делу отпущен в Москву с грамотой на вотчину. Однако сразу после возвращения из-под Смоленска вместе с архимандритом лавры Дионисием начал рассылать «Троицкие грамоты», призывающие русский народ к восстанию на поляков, засевших в Кремле. Одна из патриотических «Троицких грамот» повлияла на Минина, собравшего ополчение нижегородцев и двинувшегося к Москве на соединение с казаками. Лично сломил упорную медлительность Пожарского, стоявшего с нижегородцами в Ярославле, и возбудил его к походу на Москву. В решительный момент битвы с Ходкевичем соединил враждебные лагери казаков и нижегородцев и живым словом и обещанием Троицкой казны, возбудил казаков к битве с поляками. Помогал избранию на царство Михаила Романова. Был представителем на нескольких земских соборах. В 1615 г. выхлопотал у царя указ об исправлении Троицкими справщиками богослужебных книг. В 1618 г. защищал лавру от войск Владислава. В конце 1620 г. удалился в Соловки, где и умер 13.09.1627 г., там же погребен (А.В. Горский. Историческое описание Троице-Сергиевой Лавры с приложениями архимандрита Леонида – Указ. соч.; Д. Скворцов. Дионисий Зобниковский – архимандрит Троице-Сергиева монастыря – Указ. соч.).

10. В.Э. Красовский. Алатырский Свято-Троицкий мужской монастырь Симбирской епархии. Историко-археологическое описание. – Симбирск, 1899. – С. 3.

11. М.С. Черкасова. Крупная феодальная вотчина в России конца ХVI–ХVII века (По архиву Троице-Сергиевой Лавры). Диссертация на соискание ученой степени доктора исторических наук (Специальность 07.00.02 – Отечественная история). – Вологда, 2001. – С. 99.

12. Мурза – мордовский или татарский князёк, наследственный старшина (по словарю В.И. Даля).

13. Постригались в монашество, отдавая свои вотчины, и служилые люди. Так, в январе 1623 г. другой алатырский монах Макарий (в миру – казачий атаман Никита Маматов) передал монастырю 19 четвертин земли и три крестьянских двора в селе Стемасы, бывших его жалованной вотчиной за «московское осадное сидение» (М.С. Черкасова. – Указ. соч.).

14. П.И. Мельников-Печерский. Очерки мордвы.

15. Симон (Савва Леонтьевич Азарьин), строитель, настоятель Свято-Троицкого Алатырского монастыря с 1630 по 1634 гг., ученик архимандрита Троице-Сергиевой Лавры Дионисия, шесть лет живший у него келейником, потом посланный строителем Троицкого Алатырского монастыря, где претерпел скорби и опасности от недоброжелательных людей. По смерти преподобного Дионисия определен казначеем (в 1634 г.) и после Авраамия (Подлесова) – келарем Троице-Сергиевой Лавры. Обязанный преподобному Дионисию и исцелением от болезни, и духовными наставлениями, Симон служил в обители Преподобного Сергия с ревностью, достойной своего наставника. Его тщанием в первый раз, в 1647 г., было издано Житие Преподобного Сергия, написанное учеником его Епифанием, дополненное Пахомием и самим Симоном. Симон извлёк свои дополнения из летописей, из сказания об осаде Троицкого монастыря и к этому присовокупил свои записки о новоявленных чудесах Преподобного Сергия. Впрочем, в типографии не всё и не так было напечатано, как то было написано. Но это не ослабило его усердия, он продолжал свои записки о новых явлениях силы Божией через Преподобного Сергия как в сей обители, так и в других местах, особенно в селениях Троицкого монастыря и монастырях, ему подведомственных, имея на сие повеление от самого Царя Алексея Михайловича и Патриарха Иосифа в 1651 г. (А.В. Горский. Историческое описание Троице-Сергиевой Лавры с приложениями архимандрита Леонида – Указ. соч.).

16. Был оклеветан и осужден городским наместником и жителями неизвестно за что. Троице-Сергиева лавра была вынуждена внести 1000 рублей за его освобождение (Описание Алатырского Троицкого монастыря. Архив профессора К. Невоструева... – Указ. соч.).

17. Лжедмитрий I выдавал себя за чудом спасшегося от смерти царевича Димитрия, младшего сына Иоанна Грозного. Появился в 1602 г. в Речи Посполитой (Польша). Польский король Сигизмунд III поддержал Лжедмитрия и предоставил в его распоряжение четырехтысячный отряд. В октябре 1604 года Лжедмитрий вступил в русские земли и направился к Москве. В этот критический для страны момент царь Борис Годунов внезапно умер, и в 1605 г. Москва присягнула новому царю – «мнимому Дмитрию». Первым мероприятием самозванца было низвержение патриарха Иова. Новым патриархом стал архиепископ Рязанский Игнатий. Все опальные бояре были помилованы. Фёдор Никитич Романов, постриженный в монахи с именем Филарет, был возведён в сан Ростовского митрополита. Царствование Лжедмитрия I продолжалось 11 месяцев. В результате заговора во главе с князем Василием Шуйским Лжедмитрий I был убит. Его труп выставили на поругание на Красной площади. Лжедмитрий II, самозванец, авантюрист неизвестного происхождения (?–1610). В 1607 году Лжедмитрий II появился в Стародубе-Северском и выдал себя снова за царевича Димитрия Иоанновича, якобы счастливо спасшегося во время Московского восстания 1606 года (Лжедмитрия I). Получил поддержку от поляков и части русского боярства, в том числе и от Романовых. В мае 1608 года Лжедмитрий II одержал победу над войсками Василия Шуйского. Не сумев занять столицу, остановился лагерем в селе Тушино под Москвой, за что получил прозвище «Тушинский вор». Тайно обвенчался с вдовой Лжедмитрия I Мариной Мнишек, которая признала его своим мужем. В 1609 году в связи с открытой польской интервенцией потерял поддержку поляков и был вынужден бежать в Калугу, где и был убит.

18. Заруцкий Иван Мартынович (?–1614). Родился в Тернополе. До 1607 г. он находился в войске Ивана Болотникова (предводитель крестьянского восстания 1606–1607 гг.), затем ушёл к Лжедмитрию II и руководил в его войске отрядом донских казаков. Лжедмитрий за службу пожаловал Заруцкого в боярина. После падения Тушинского лагеря Заруцкий переметнулся в лагерь польского короля Сигизмунда III. Однако осенью 1610 г. он вернулся к Лжедмитрию, который находился в то время в Калуге. В январе 1611 г. Заруцкий примкнул к народному ополчению, однако в 1612 г., после организованного им покушения на Д.М. Пожарского, был вынужден бежать. Он добрался до Астрахани и вместе со своими сообщниками начал производить сильные беспорядки в Поволжье. В 1614 г. с приближением правительственных войск, Заруцкий бежал в уральские степи. Но казаки выдали его правительству. Заруцкий был доставлен в Москву и казнён.

19. Разин Степан Тимофеевич, донской казак (ок. 1630–1671 гг.). В 1662–1663 гг. Разин, уже донской атаман, воевал с турками и крымскими татарами. В 1667 г. Разин во главе отрядов казацкой голытьбы совершил походы на Волгу и Яик, а в 1668–1669 гг. – по Каспийскому морю в Персию. Весной 1670 г. Степан Разин возглавил крестьянскую войну, в ходе которой, им были захвачены Царицын и Астрахань. Сообщники Разина во главе с атаманом Максимом Осиповым 4 октября 1670 г. захватили и сожгли г. Алатырь, воевода Акинф Бутурлин с семьёй и дворяне, запершись в соборной церкви, все сгорели (С.М. Соловьев. История России с древнейших времен). После поражения под Симбирском Разин вернулся на Дон, но весной 1671 г. он был выдан казацким старшиной царскому правительству. Степан Разин был доставлен в Москву и в июле 1671 г. казнён на Красной площади.

20. Наиболее подробно описана древняя история города Алатырь В.Э. Красовским (см. сн. 1, 5).

21. РГИА, ф. 796. По описаниям документов Синода 1738 г. №19: приложение II в ведомости за 1741 г.

22. Рукописный отдел РГБ, Ф 303/1 ТСЛ, архив, т. 2 – копийные книги, Протоколы Учрежденного Собора; №723 – 1749 г. (январь – июнь) [Ф 303/13] л. 177 (1 стр.); №53 – от 13.02.1749 г. протокол о просьбе Преосв. Вениамина, еп. Нижегородского и Алаторского «Троицкого Алаторского монастыря строителю Меркурию Абрамовичу потребности в тот монастырь монахов», о 10 человек, л.л. 280 (2 стр.); 281 (2 стр.); №91 – от 27.02.1749 г. протокол о строительстве каменного собора, о рабочих и вотчинных крестьянах, участвующих в строительстве, о ходе строительства (фундаменты, заготовка материалов), указы из Свят. Синода и других мест в ТСЛ; №772 – 1749 г., л. 268 (2 стр.), Указ Ея И.В. ... (получен в ТСЛ 19.05.1749 г.) от 18.05.1749 г. «О строении в Троицком приписном Алаторском монастыре каменной церкви» (о найме рабочих на три года), от  04.04.1748 г. (в учрежденный собор 10.02.1748 г.) доношение от строителя иеромонаха Меркурия Абрамовича «вместо згоревшей деревянной вновь каменной во имя Святой Троицы».

23. Настоятели Алатырского Свято-Троицкого монастыря: строители Евфимий –1612 г.; Порфирий игумен – 1613 г., убит разбойниками; Геннадий (Коротнев) – 1615–1616 гг., убит разбойниками вместе с бывшим при нём иеромонахом; Иоасаф (Пестриков) – 1618–1619 гг.; Сергий (Димитревец) – 1623 г.; Прохор – 1627 г.; Севериан (Пестриков) – 1627–1628 гг.; Симон (Азарьин) – 1630–1634 гг.; Нифонт (Кабылин) – 1650 г.; Нил (Офросинов) – 1653 г.; Антоний – 1670 г.; Иаков (Нифонтов) – 1681 г.; Василий (Урвачев) – 1687–1691 гг.; Феодул (Рагозин) – 1691–1694 гг.; Антоний (Апрелев) – 1695 г.; Иоасаф (Певцов) – 1696 г.; Вассиан (Муромцевский) иеромонах – 1697 г.; Макарий (Дубенский) иеродиакон – 1698 г.; Иона (Шатилов) монах – 1700 г.; Макарий (Дубенский) иеродиакон, вторично – 1702 г.; Феодосий (Шабунин) – 1703г.; Иларион (Ремезов) – 1704 г.; Лев (Александровский) – 1707 г.; Амвросий иеромонах –1707 г.; Матфей (Васильев) иеромонах – 1710–1711 гг.; Никифор (Титов) – 1711 г.; Александр (Ратов) – 1718 г.; Иннокентий (Григорьев) – 1721–1723 гг.; Антоний (Болотников) – 1723 г.; Иоасаф иеромонах – 1723–1724 гг.; Серапион (Лаврентьевский) монах – 1724 г.; Маркелл (Каминский) монах – 1724 г.; Аарон (Лихотин) – 1726 г.; Авраамий иеродиакон – 1727 г.; Феодорит (Кайсаров) – 1727 г.; Леонтий (Яковлев) иеромонах – 1732 г.; Аарон (Лихотин) иеродиакон, вторично – 1733 г.; Сергий иеромонах –1735 г.;  Иннокентий (Григорьев) – 1741–1742 гг.; Мефодий (Лукьяновский) – 1744 гг.; Михаил (Протопопов) иеромонах – 1745 г.; Меркурий (Абрамович) иеромонах – 1746–1752 гг.; Иоанн (Никольский) иеромонах – 1753–1754 гг.; Иустин (Квичановский) иеромонах – 1764 г.; после введения штатов в монастырях, архимандриты Виктор – 1764–1766 гг.; переведен из упраздненной Свято-Духовой пустыни, имел право священнодействовать на ковре и с выкличкой; Геннадий (Ханчинский) – 1766–1767 гг.; Варлаам (Михайлов) – 1767–1770 гг.; Иона (Малиновский) – 1770–1781 гг.; затем игумены Арсений – 1781–1786 гг.; Самуил (Семенович) – с 1786 по 1790 гг.; отстранен от игуменства за беспорядки;  Амвросий – 1790–1794 гг.; Самуил (Семенович), вторично – с 1794 по 1796 гг., за растраты отрешен от настоятельства и осужден; указом Императора Павла Петровича в 1798 г. снова положены были архимандриты: Авраамий (Соловьев) – 1796–1827 гг.; Арсений (Соловьев) – 1827–1834 гг., имел право носить камилотовую мантию со скрижалями; Герман (Похвалинский) – 1834–1836 гг.; Иоанн – 1837–1843 гг.; Иезекииль – 1844–1853 гг.; Авраамий (Михайлов) – 1854–1869 гг.; Анастасий – 1876–1884 гг.; Ювеналий – 1884–1886 гг.; Мефодий – 1886–1903 гг.; Гавриил (Гаврилин) – 1903–1910 гг.; Назарий (Андреев) – 1911–1917 гг., с 1912 г. – епископ Алатырский; Даниил – с 1918 г. до закрытия обители; после открытия монастыря – Иероним (Шурыгин) с 6 октября 1995 г. (Описание Алатырского Троицкого монастыря. Архив профессора К. Невоструева – Указ. соч.; В.Э. Красовский. Алатырский Свято-Троицкий мужской монастырь симбирской епархии. Историко-археологическое описание – Указ.соч.; РГИА, ф. 796, по описаниям документов Синода 1738 г. №19: приложение II в ведомости за 1741 г.).

24. Преображенская Старцеугловская пустынь Алатырского уезда находилась в 50 км от Алатыря, в трёх километрах от села Большое Талызино (ныне Сеченовский район Нижегородской области), среди глухого леса. В 1641–1654 гг., 40 человек основали монастырь. Был построен холодный храм Преображения Господня на средства алатырского служилого дворянина Важена Игнатьевича Топорнина, который наделил пустынь землей, но после смерти которого внук его отобрал её. Живя на одни подаяния, монастырская братия бедствовала. В 1652 г. был построен второй храм – во имя преподобного Спиридона. В 1701 г. обе церкви сгорели, монахи были переведены в Печерскую пустынь, но вскоре вернулись обратно. Была выстроена новая церковь. Но она тоже сгорела, затем вновь была построена, и в 1754 г. – то же несчастье. Восстановленная снова в 1761 г. церковь недолго служила монахам, в 1764 г. пустынь была упразднена, а иеромонах и четыре монаха были переведены в Алатырский Троицкий монастырь.

25. Иеромонахи Никодим, Феодосий (Никифоров), Тимофей (Афанасьев), Геннадий (Иванов), Дионисий (Михайлов), Филарет (Лаврентьев), Александр (Саснов), иеродиаконы Иосиф (Афанасьев), Иов (Степанов), Патапий (Псаев), монахи Михаил, Авраамий (Алексеев), Сергий (Григорьев), Антоний (Михайлов) ( Областной архив г. Ульяновска, ф. 647, оп. 1, ед. хр. 4, «Ведомость о штатах монастыря» за 1766 г., подписана архимандритом Алатырским Геннадием).

26. В 1818 году преобразовано в Алатырское уездное духовное училище.

27. Пугачёв Емельян Иванович (1740/42–1775 гг.), донской казак, участник Семилетней (1756–1763 гг.) и русско-турецкой (1768–1774 гг.) войн. В 1773–1775 гг. Пугачёв был предводителем крестьянской войны. Под именем императора Петра III в августе 1773 г. он поднял восстание яицких казаков. Бунт охватил Урал и Поволжье. В нём участвовали крепостные крестьяне, яицкие казаки, рабочие уральских заводов и народы Поволжья. Екатерина II направила против восставших регулярные войска. Пугачёв ушел на уральские заводы, где восстание вспыхнуло с новой силой. Пугачёв призывал к передаче земли крестьянам, жестоко уничтожал дворян и царских чиновников. Силами регулярной армии восстание было подавлено. В сентябре 1774 г. заговорщики выдали Пугачёва властям. 10 января 1775 г. он был казнён в Москве на Болотной площади.

28. Перечень жертв Пугачёва во время захвата им казённого винокуренного завода, занимает несколько страниц в известной «Истории Пугачёвского бунта» А.С. Пушкина.

29. РГИА, ф. 796, оп. 55, д. 505. Об определении в монастырь двух иеромонахов и иеродиаконов, и доношение епископа Нижегородского Антония от 20 ноября 1774 г.: т. к. четыре иеромонаха и один иеродиакон Алатырского Троицкого монастыря «за чинимую ими государственному злодею Пугачёву встречу подлежательны лишению священства и монашества, за исключением коих во оных монастырях (речь шла ещё и о Троице-Свияжском монастыре – прим. сост.) осталось только по одному иеромонаху, и те престарелые, почему во отправлении божественной службы последовала остановка». Синод 17 декабря 1774 г. указал послать на иеромонашеское жалованье вдовых священников и диаконов, которым по указу от 20 мая 1732 г. запрещено служение в церквах, а если не найдутся желающие – перевести из других монастырей епархии.

30. Описание Алатырского Троицкого монастыря. Архив профессора К. Невоструева. – Указ. соч.

31. РГИА, ф. 796, оп. 57, д. 98. Выделение денег на постройки монастыря, пострадавшего от пожара [1]; доношение епископа Нижегородского Антония от 10 февраля 1776 г.: Архимандрит Алатырского Троицкого монастыря Иона донес, что в ночь на 28 сентября 1775 г. во время «превеликого пожара» в г. Алатыре «во оном монастыре несколько строений, как то две братские кельи с сеньми и чуланами, колокольня с колоколами и часами, и четвертая часть монастырской ограды погорели, которое погоревшее деревянное строение по сделанной от Алатарского духовного правления смете охочие люди со всем принадлежащим материалом... согласны выстроить за пятьсот рублей»,  просит предписать выделить эти деньги из государственной коллегии экономии [2]. Синод постановил 7 марта 1776 г. послать указ в Коллегию экономию о выделении денег.

32. РГИА, ф. 796, оп. 67, д. 454. Деньги на постройку новой ограды монастыря, в ведении Сената. Синоду от 8 октября 1786 г. указано, что Симбирская казённая палата запрашивала Сенат – нужно ли выделять по просьбе Симбирского наместнического правления и Духовной консистории 500 рублей на построение новой ограды вместо ветхой деревянной. По запросу Сената палата ответила, что кроме 95 саженей каменной ограды остальная – крайне ветхая и нуждается в перестройке, так как ограждает монастырские огороды, которыми монахи кормятся, уменьшить её нельзя, чтобы не сократить площадь под огородами; уездный землемер представил в Сенат план ограды и монастыря. Сенат постановил выделить 500 рублей но уведомить Синод, чтобы впредь штатные монастыри и церкви ремонтировались на свой счет /л. 1 – 3 об/; л. 25 – 26: циркулярный указ Синода от 7 сентября 1788 г. о том же.

33. РГИА, ф. 796. По описаниям документов Синода 1773 г. №16.

34. Описание Алатырского Троицкого монастыря. Архив профессора К. Невоструева. – Указ. соч.

35. Там же.

36. Пахомий (Леонов Борис Назарович), иеромонах, строитель Саровской пустыни, родом из курских купцов, с юных лет посвятивший себя на служение Господу. Пострижен в монашество в 1762 г. в том же Саровском монастыре, в строители избран в 1777 г.. Был кроток, смиренномудр, молитвенник и постник. Управлял вверенной ему обителью 18 лет. Во время его настоятельства многие иноки саровские были поставлены настоятелями российских монастырей для введения в них устава по примеру Саровского монастыря. Иеромонах Пахомий много приложил усилий к духовному воспитанию монашеской братии и к устроению материального благосостояния обители. Скончался в 1794 г.

37. Серафим Саровский преподобный, память 2 января и 19 июля.

38. Исаия (Зубков), иеромонах, строитель Саровской пустыни, родился в 1741 г. в городе Суздале, купеческого сословия. В 1763 г. поступил послушником в Киево-Печерскую лавру, затем в 1770 году в Саровскую пустынь, где был пострижен в монашество в 1772 г., затем, после рукоположении в иеромонаха и по кончине строителя иеромонаха Пахомия, был избран настоятелем монастыря. Всего в Сарове жил 37 лет, в которые много положил сил о духовном совершенствовании братии, сам при этом ведя жизнь образцово монашескую. Скончался 4 декабря 1807 г.

39. Серафим (Чичагов), архимандрит. Летопись Серафимо-Дивеевского монастыря.  – М.: Православный Паломник, Правило веры, 1996. – С. 81. (Репринтное издание); Митрополит Вениамин (Федченков). Всемирный светильник преподобный Серафим Саровский. – М.: ПСТБИ, 1996. – С. 58.

40. Описание Алатырского Троицкого монастыря. Архив профессора К. Невоструева. – Указ. соч.

41. Невоструев Капитон Иванович (1815–1872), профессор Симбирской духовной семинарии (1840–1849).

42. Описание Алатырского Троицкого монастыря. Архив профессора К. Невоструева. – Указ. соч .

43. 26 саженей в высоту и 16 квадратных саженей в основании (В.Э. Красовский. Алатырская старина. Путевые заметки по археологии и истории Алатырского края. – Указ. соч. – С. 32).

44. Общий вес 408 пудов, наибольшие три колокола по 240, 48 и 41 пуду (Описание Алатырского Троицкого монастыря. Архив профессора К. Невоструева. – Указ. соч.).

45. Книга-рукопись о найденных мощах (гробе) схимонаха Вассиана при постройке Троицкой церкви в Алатырском Троицком мужском монастыре. – Ульяновский ГА, ф. 134, оп. 3, хр. 5.

46. Длина ограды 300 саженей, высота четыре аршина (Описание Алатырского Троицкого монастыря. Архив профессора К. Невоструева. – Указ. соч.).

47. Послужной список Алатырского Троицкого монастыря бывшего настоятеля. – Областной архив, г. Ульяновск, ф. 647, оп. 1, ед. хр. 6.

48. Там же.

49. Наград у архимандрита Авраамия было немного, в 1818 году он был награжден бронзовым крестом на Владимирской ленте за 1812 год.

50. Будущий настоятель Алатырского Троицкого монастыря архимандрит Авраамий (Михайлов) – о нём см. в главе «Благодетели и наследники».

51. См. сн. 24.

52. Кикина Мария Фёдоровна, урождённая Ермолова, родственница русского поэта Языкова и прославленного генерала и наместника Кавказа Алексея Петровича Ермолова, имела со своим супругом, майором Андреем Ивановичем Кикиным, 12 детей. Наиболее известным в российской истории был Петр Андреевич (27.12.1775 – 18.5.1834) – генерал-майор, участник Отечественной войны, член «Беседы любителей русского слова», один из основателей Общества поощрения художеств, статс-секретарь, сенатор, известный как инициатор сооружения храма Христа Спасителя в честь победы в Отечественной войне 1812 года. Другой сын, упоминаемый в монастырских документах, – Алексей Андреевич.

53. Лампада эта, весом в 28 фунтов, стоила 3225 рублей теми деньгами (Описание Алатырского Троицкого монастыря. Архив профессора К. Невоструева. – Указ. соч.).

54. Описание Алатырского Троицкого монастыря. Архив профессора К. Невоструева. – Указ. соч.

55. В.Э. Красовский, Алатырский Свято-Троицкий мужской монастырь Симбирской епархии. Историко-археологическое описание. – Указ. соч. – С. 27.

56. В 1829–1830 гг. настоятелем архимандритом Арсением над трапезной Сергиевской церкви был устроен придел во имя святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова, и освящён в 1831 г.. В том же году построен особый каменный двухэтажный корпус, внизу которого устроены братская трапеза и кухня с погребом, подвалом и кладовою, а на верхнем этаже монашеские кельи.

57. В.Э. Красовский. Алатырский Свято-Троицкий мужской монастырь Симбирской епархии. Историко-археологическое описание. – Указ. соч. – С. 28. (В настоящее время, по местному преданию, памятник этот лежит на дне реки Суры, его иногда бывает видно, но достать невозможно. Могила разорена.)

58. По монастырской традиции, когда умирает насельник обители, сразу звонят в колокол.

59. Взято с некоторыми сокращениями из жизнеописания Авраамия, настоятеля Алатырского Троицкого монастыря (память 1 сентября). Жизнеописание отечественных подвижников благочестия 18 и 19 веков. Сентябрь. – М.: Издание Афонского Русского Пантелеимонова монастыря, 1909. – С. 3.

 

НЕОСКУДЕВАЕМЫЙ ИСТОЧНИК БЛАГОДАТИ

1. Гавриил (Гаврилов Егор Гаврилович), архимандрит, родился 8 ноября 1848 г. в селе Большие Беленичи Зарайского уезда Рязанской губернии. Окончил курс сельской земской школы. 21 мая 1866 г. поступил в Валаамский монастырь. В июне 1872 г. определён в послушники. 17 апреля 1880 г. пострижен в монашество. Проходил разные послушания в монастыре и в Предтеченском скиту, около четырех лет исправлял должность смотрителя в скиту Всех Святых. Более трёх лет был помощником эконома и проходил клиросное послушание. 24 декабря 1881 г. рукоположен во иеродиакона. 21 мая 1884 г. посвящен во иеромонаха. 9 июля 1884 г. определен исправляющим должность казначея. 19 июня 1886 г. утвержден в должности наместника. 30 марта 1889 г. за хорошее поведение и усердное прохождение должности награжден набедренником. Большинством голосов братии избран на должность настоятеля монастыря и 6 марта 1891 г. утвержден в должности. 25 апреля 1891 г. возведён в сан игумена. 31 июля 1892 г. за ревностные труды по устройству обители награждён наперсным крестом от Святейшего Синода. 14 мая 1896 г. награждён орденом святой Анны 3-й степени. 18 декабря 1899 г. за пожертвование священных облачений для бедных церквей Олонецкой епархии игумену Гавриилу преподано благословение Святейшего Синода. 6 мая 1900 г. награждён императорским орденом святой Анны 2-й степени. Состоял старшим членом в строительной комиссии, учреждённой на Валааме, по постройке в монастыре каменного соборного храма с колокольней и председателем нескольких строительных комиссий: по строительству каменной церкви на Сергиевском острове, по надстройке второго и третьего этажей монастырского братского корпуса и по возведению каменной часовни и подворья в Москве. В 1903 г. перемещён настоятелем в Алатырский Свято-Троицкий монастырь, с возведением в сан архимандрита. В 1905 г. устроил новую пещерную церковь над гробницей схимонаха Вассиана Алатырского. Заслуги его на новом месте служения, в том же году, по представлению епархиального архиерея были отмечены орденом святого Владимира 4-й степени. После пожара 1906 г. за три года сумел почти полностью восстановить все сгоревшие храмы и монастырские строения. Скончался 7 декабря 1910 г., похоронен в Алатырском монастыре (Онуфрий (Маханов), иеродиакон. Причал молитв уединенных. Валаамский монастырь и его небесные покровители Сергий и Герман. – СПб.: Царское Дело, 2005. – С. 675).

2. Использованы материалы из нескольких работ об архимандрите Гарииле (Гаврилове): А.Б. Рогозянский. Жизнь и свершения Валаамского игумена Гавриила (Гаврилова). Журнал Московской Патриархии. – 2002. – №12; Онуфрий (Маханов) иеродиакон. Причал молитв уединенных. Валаамский монастырь и его небесные покровители Сергий и Герман. – Указ. соч. – С. 257–261; А.С. Балашов. Настоятель Свято-Троицкого Алатырского монастыря архимандрит Гавриил. – М., 1909.

3. Антоний (Вадковский Александр Васильевич), митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский (1846–1912). Финляндской и Выборгской епархией (в которой находился Валаамский монастырь) управлял с 1892 по 1898 гг.

4. Николай (Налимов Николай Александрович), архиепископ Владимирский и Суздальский, духовный писатель (1852–1914.). С 16 января 1899 г. по 8 апреля 1905 г. – архиепископ Финляндский и Выборгский.

5. В 1905 г. в братии Свято-Троицкого монастыря было 15 иеромонахов, девять иеродиаконов, три монаха, семь послушников, еще 48 человек проживали в монастыре на послушании (ЦГА ЧР,  ф. 245, оп. 1, д. 63, список поименный), в 1907 г. всего монашествующих, включая священнослужителей, было 28 человек, послушников – 13 человек (ЦГА ЧР, ф. 245, оп. 1, д. 67, л. 103).

6. Дмитрий Константинович Романов, великий князь, внук императора Николая I, родился в 1860 г. Расстрелян в 1918 г. в Петропаловской крепости, там же похоронен в общей могиле. Великий князь был канонизирован Русской Православной Церковью за границей в сонме Новомучеников Российских в 1981 г.

7. Никандр (Молчанов Николай Дмитриевич), архиепископ Литовский и Вилен-ский, духовный писатель (1852–1910). С 23 августа 1895 г. по 23 апреля 1904 г – епископ Симбирский и Сызранский.

8. Гурий (Буртасовский Сергей), епископ Симбирский и Сызранский (1845–1907). С 23 апреля 1904 года и до своей кончины, управлял епархией Симбирской и Сызранской.

9. О труде иеромонаха Антония см. в архиве профессора Невоструева (Ульяновский государственный архив, ф. 719, оп. 1, ед. хр. 8): «Подробно описано в монастырской летописи, составленной на основании документов (ныне частью уже утраченных) иеромонахом сего монастыря Антонием, бывшим 1822–1834 гг. казначеем, ныне уже престарелых лет. Редкий и достойный подражания пример. Летопись особенно полна и верна, как сказание очевидца, с настоятельства архимандрита Авраамия».

10. Текст изложен в сокращении и в современной орфографии, в круглых скобках представлены примечания или смысловые дополнения, в квадратных – номер страницы рукописи.

11. Книга-рукопись о найденных мощах (гробе) схимонаха Вассиана при постройке Троицкой церкви в алатырском Троицком мужском монастыре. – Ульяновский государственный архив, ф. 134, оп. 3, ед. хр. 5.

12. Вениамин (Пуцек-Григорович Василий Григорьевич), митрополит Казанский и Свияжский (?–1785 г.). С 14 августа 1748 г. по 2 марта 1753 г. – епископ Нижегородский и Алатырский.

13. Димитрий (Сеченов Даниил Андреевич), митрополит Новгородский и Великолуцкий (1709–1767 гг.). С 14 сентября 1742 г. – епископ Нижегородский и Алатырский, откуда 9 августа 1748 г. по болезни, согласно прошению, уволен на покой в Казанскую Раифскую пустынь. При назначении его епископом Нижегородским и Алатырским ему было поручено трудиться над просвещением языческих народов. Преосвященный Димитрий строил церкви, открывал школы, крестил более 5000 человек и добился для них различных льгот. Однажды при обозрении епархии епископ Димитрий подвергся нападению мордвы и едва живым спасся в церкви ближайшего села. Свидетельство об обретении нетленных мощей схимонаха Вассиана, изложенное на современном языке, по рукописи: Книга-рукопись о найденных мощах (гробе) схимонаха Вассиана при постройке Троицкой церкви в алатырском Троицком мужском монастыре. – Указ. соч.

14. Подобное происходило и в дальнейшем, вплоть до настоящего времени. Исцеляются многие, но, несмотря на поголовную грамотность, никто об этом не желает свидетельствовать письменно.

15. Профессор К. Невоструев в списке настоятелей Алатырского монастыря называет строителя Вассиана Муромцевского иеромонахом. То, что при этом рукопись называет Вассиана схимонахом, ничего не меняет: в XVII столетии все монахи носили одинаковое облачение, которое в более позднее время сохранилось лишь у схимников, а то, что нигде в рукописи не указывается на его иерейское достоинство, объясняется тем, что до императора Павла Петровича священники наперсных крестов не носили. (Описание Алатырского Троицкого монастыря. Архив профессора К. Невоструева. – Указ. соч.; В.Э. Красовский. Алатырский Свято-Троицкий мужской монастырь симбирской епархии. Историко-археологическое описание. – Указ. соч.).

16. Алатырский Свято-Троицкий мужской монастырь и его подвижник схимонах Вассиан. С присовокуплением чудес, совершившихся при его могилке. – М.: Издание Свято-Троицкого Алатырского монастыря, 1906.

17. Там же.

18. Журнал «Новое Время» от 14 июня 1911 г.

19. Михаил Гурьев. Архимандрит Гавриил  / Русский инок.  – 1910. – №24, декабрь.

20. Алатырский Свято-Троицкий мужской монастырь и его подвижник схимонах Вассиан. С присовокуплением чудес, совершившихся при его могилке. – Указ. соч. – С. 67.

21. ЦГА ЧР, ф. 245, оп. 1, д. 67, л. 30, 31.

22. Маврикий (Баранов Михаил Иванович), игумен, родился в 1838 г. в деревне Ивашева Ростовского уезда Ярославской губернии. В 1888 г. поступил в Валаамский монастырь. По рукоположении в иеромонашеский сан, нёс послушание казначея. После перевода в Алатырский монастырь игумена Гавриила (Гаврилова) был избран настоятелем Валаамского монастыря. Скончался в 1918 г.

23. Существует свидетельство современницы архимандрита Гавриила, жительницы окрестной деревни Болтинка Натальи, записанное в июле 1907 г.: «Ваше Высокопреподобие о. Гавриил! Я, великая грешница, раба Божия Наталия давно молилась за Вас, и Сердцеведец Господь сподобил меня узреть такое видение. Из Алатыря в монастырь Святаго Духа пришел крестный ход, и когда Вы вышли навстречу, я, грешная, увидела спускающегося над Вашей головой ярко сияющего голубя. Я с трудом устояла на ногах. Сообщаю об этом Вам, батюшка».

24. По воспоминаниям известного церковного писателя митрополита Вениамина (Федченкова), на короткое время Священным Синодом был назначен в Свято-Троицкий монастырь г. Алатыря епископ Иннокентий (Солотчин), однако когда и насколько, неизвестно (Вениамин (Федченков) митрополит. Божьи люди. Мои духовные встречи. – М.: Отчий дом, 1990. – С. 240).

25. Назарий (Андреев Николай), епископ Алатырский, позже Енисейский и Красноярский. Родился в 1865 г. в селе Кочкурово Симбирской губернии. Первоначальное образование получил в Симбирской духовной семинарии. В 1888 г. рукоположен во священника. Служил в приходах Симбирской епархии. В 1907 г. поступил в Казанскую духовную академию. 24 сентября 1910 г. пострижен в монашество. В 1911 г. окончил академию со степенью кандидата богословия и назначен на должность настоятеля Алатырского Свято-Троицкого монастыря с возведением в сан архимандрита. 1 июля 1912 г. хиротонисан во епископа Алатырского, викария Симбирской епархии. Хиротонию совершали: архиепископ Финляндский Сергий, архиепископ Северо-Американский Платон, епископ Пермский Палладий, епископ Смоленский Феодосий и епископ Олонецкий Никанор. С ноября 1917 г. – епископ Енисейский и Красноярский. По ряду источников, в 1922 г. уклонился в обновленческий, а затем в григорианский раскол. Скончался 8 мая 1940 г. (М.Е. Губонин. Акты Святейшего Патриарха Тихона и позднейшие документы о преемстве высшей Церковной власти 1917–1943. – М.: ПСТБИ, 1994. – С.982; Состав Св. Прав. Всер. Син. и Рос. Церк. Иерархии на 1917 г. – С. 148–149).

 

РАДОСТЬ УЧЕНИКОВ ХРИСТОВЫХ

1. Маран-афа – Ей гряди! (др.-евр.).

2. УФСБ по Челябинской обл., приложение к исх. № А-25 от 8.11.2001 г.

3. Список викарных епископов Алатырских: Назарий (Андреев) 01.07.1912–25.10.1917 гг., Тихон (Василевский) 1918–1919 гг., Гурий (Степанов) 26.01.1920–1920 гг., Иоаким (Благовидов) 27.06. 1921–1925 гг., Герман (Коккель) 1925–1927 гг., Аркадий (Ершов) – 1928 г., Митрофан (Гринев) 16.09.1927–16.10.1930 гг., Иоанникий 1930–1933 гг., Иннокентий (Поспелов) 1933–1934 гг., Серафим (Зборовский) 16.06.1934–09.11.1934 гг. (М.Е. Губонин. Акты Святейшего Патриарха Тихона и позднейшие документы о преемстве высшей Церковной власти 1917–1943. – Указ. соч. – С. 910), Савватий (Антонов) с 30.01.2005 г.

4. ЦГА ЧР, ф. 245, оп. 1, д. 74а, л. 8. Постановление Уездного Земельного Комитета от 8 января 1918 г.

5. Там же, л. 4. Распоряжение Алатырского комиссара от 9 июня 1918 г. №7.

6. Там же, л. 50.

7. Там же, л. 30–31.

8. Там же, л. 16.

9. Там же, л. 22.

10. ЦГА ЧР, ф. 245, оп. 2, д. 278, л. 1–2.

11. Там же.

12. В архиве Свято-Троицкого Алатырского мужского монастыря хранится письменное свидетельство алатырца Алексея Тылюдина: «По окончании первого курса Казанского медицинского института, в 1931 г., я приехал к своим родителям в г. Алатырь на летние каникулы, на отдых. В это время было сильное гонение... храмы закрывались, разрушались, святыни поругались, священнослужители заключались в тюрьмы и ссылались в лагеря заключенных, расстреливались... Постигла печальная участь и мужской Троицкий монастырь: настоятеля архимандрита о. Даниила заключили в тюрьму, монахов разогнали, летний и зимний храмы монастыря закрыли и опечатали. Я решил пойти посмотреть, как выглядит мужской монастырь. Придя во двор монастыря, я заметил:  двор был безлюден, двери зимнего храма закрыты и опечатаны. Я обошел храм с восточной стороны на северную,.. (куда) выходили окна из пещерной церкви. Окна были закрыты, стекла не были разбиты, между рамами видны металлические решетки. Окна были небольшие и почти на земле, они выходили из того помещения, в котором находилась гробница отца Вассиана. Недалеко от окон на лужайке играли три мальчика лет семи или восьми. Они мне сказали: „Дядя, посмотри в окно, там огонек“. Я припал близко к стеклу окна и увидел горящую лампаду на стене перед изображением Распятия Господа нашего Иисуса Христа с предстоящими Божией Материю и Иоанном Богословом, над гробницей отца Вассиана. На гробнице лежали тяжелые железные вериги.  От окон до противоположной стены, на которой висела лампада, расстояние было значительное, рукой не достать из окна до лампады, да и окна были заперты. Зажечь лампаду через окно невозможно, двери храма опечатаны, заперты, проникнуть внутрь храма никто не решится. Кто мог зажечь лампаду? Верующие люди зажечь лампаду не могли, т. к. сурово каралось за религиозные проявления. То, что я видел горение лампады над могилой схимонаха о. Вассиана, могу подтвердить и заверить своей подписью и думаю (с) глубокой верой о непростом, а сверхъестественном возгорании лампады. Врач-пенсионер Алексей Тылюдин. 27.02.92 г.».

13. Серафим (Степанов Ефим Ксенофонтович), иеромонах. Родился в чувашском селе Новое Батырево (ныне с. Батырево) 7 марта 1902 г. С 1925 по 1930 гг. – насельник Свято-Троицкого Алатырского мужского монастыря, где был пострижен в монашество и рукоположен в сан иеромонаха. В 1930 г. епископом Алатырским Митрофаном (Гриневым) переведен на приход святого Архистратига Божия Михаила в село Эшмикеево, Яльчикского района. В 1935 г. отец Серафим был арестован и осужден на пять лет в концлагерь для политзаключенных в Архангельскую область. Вместе с другими осужденными валил лес, работал на лесопилке. «Выжить мне помогали каторжники, – вспоминал впоследствии иеромонах Серафим, – где могли, помогали, оберегали». Однажды, упав от бессилия в лесу, он не смог подняться и услышал раздражённое: «Да пристрели ты его. Нечего с ним возиться». Один из конвойных поднял отца Серафима и столкнул в яму. Но Господь сохранил своего исповедника, конвойные решили, что тот и без пули умрет. Отлежавшись, измученный монах пошел в лагерь, больше идти было некуда. В 1942 г. закончился срок его заключения. Всех освобожденных погрузили в один эшелон и, выдав на трое суток хлеба, отправили в Поволжье. Через три недели поезд с бывшими зеками добрался до чувашской станции Канаш. На стоянках голодные люди кидались к свалкам, подбирали мёртвых кошек и собак, варили их и ели. Отец Серафим к этому не притрагивался, обходился тем, что грыз выброшенные гнилые кочаны капусты и отходы других овощей. Добравшись до родного села Батырева и не найдя в нём себе пристанища, отец Серафим попросил родственников приютить его. Но скоро бывшего заключенного вызвали в райвоенкомат и направили на медкомиссию. Срочное обследование проводилось вечером в районной больнице. Зажигать свет в ту военную пору не разрешалось. Врач, пощупав его в потемках, сказал: «Руки, ноги целы, голова на месте. Годен к военной службе». Воевать монаху пришлось пулемётчиком в составе Второго Украинского фронта. В бою под Варшавой трассирующая пуля раздробила ему коленную чашечку. Это было пятое, самое тяжёлое, ранение отца Серафима. Его отправили в Саратовский госпиталь, откуда после четырёхмесячного лечения инвалид войны вернулся в село Батырево. «Из всех фронтовых приключений, – рассказывал иеромонах Серафим, – чаще всего вспоминается, как во время перевязки в госпитале потерял крест. Медсестра подняла его с пола и громко, так, чтобы все слышали, спросила, чей это крест. Я ответил, что мой. До сих пор удивляюсь, что никто на меня не донес». Спустя некоторое время отцу Серафиму было предложено возобновить служение в храме Архистратига Божия Михаила в селе Эшмикеево. Впоследствии он служил настоятелем храма в селе Лащ-Таяба Яльчикского района, затем во вновь открытом храме села Батырево, после чего по старости и по здоровью иеромонах Серафим был отправлен на покой. 9 июля 1997 г. иеромонах Серафим возвратился в возрождённый Алатырский Свято-Троицкий монастырь. Последние годы своей жизни отец Серафим страдал от усилившейся болезни, но с уст не сходила молитва: «Упование мое Отец, прибежище мое Сын, покров мой Дух Святый». За три дня до смерти он причастился Святых Тайн и больше не принимал никакой пищи. Его келейник предлагал ему покушать, но старец загадочно отвечал, что поест дома. Позже открылся таинственный смысл его слов. Вечером 20 февраля 1999 г., в канун Прощёного Воскресения, когда в монастырском храме преподобного Сергия Радонежского совершался чин прощения, отец Серафим мирно отошел ко Господу, которому верно служил всю свою жизнь. 22 февраля иеромонаха Серафима похоронили на монастырском кладбище.

14. Иеромонах Серафим (Степанов) рассказывал: «В конце двадцатых годов власти решили уничтожить мощи схимонаха Вассиана. Послали целую роту солдат. Но Господь благим Промыслом своим сотворил чудо для вразумления неверующих. Сначала солдаты вошли в храм преподобного Сергия Радонежского. Битком набились они в храм, не протолкнуться. Поискали, поискали, но не нашли. Стали выходить. И когда первые из них уже приближались к храму, где почивали мощи, то всех их до одного разбил паралич. И паралич-то какой! Спина – дугой выгибается, руки-ноги скрючивает. Идти невозможно, только на четвереньках, а то и ползком. Целый день воинствующих безбожников вывозили с территории монастыря на подводах и машинах. В местной больнице коек на всех не хватило, и часть солдат увезли. Вылечились ли они, нет, – продолжал отец Серафим, – не знаю, но, по рассказам местных жителей, лечили их не один месяц» (записано прихожанином обители Игорем Горемыкиным из Симбирска в 1998 г.).

15. За год до кончины, в 1999 г. иеромонах Серафим (Степанов) рассказал: «Я много получил исцелений от гробницы схимонаха Вассиана и от его вериг. Да и не только я, много исцелений было почти после каждой панихиды по схимонаху Вассиану... Когда я только пришел в монастырь, то через короткое время, через месяц или больше, точно не помню, заболел. Меня разбил паралич: ноги отнялись, руки почти не сгибались и всё тело одеревенело. Мог только ползать. После нескольких панихид по схимонаху Вассиану всё прошло, как будто и не было вообще. Исцелений тогда было столько! Их не записывали, а многие исцелялись и уходили тут же молчком» (записано прихожанином обители Игорем Горемыкиным из Симбирска в 1998 г.).

16. Согласно административному делению, в 1925 г. Алатырь вошел во вновь образованную Чувашскую Республику, однако церковное епархиальное деление не изменилось.

17. Герман (Коккель Григорий Афанасьевич), священномученик, епископ Алатыр-ский. Родился 23 ноября 1883 г. в селе Тарханы Буинского уезда Симбирской губернии (ныне Батыревский район Чувашской Республики) в семье чувашского крестьянина. Окончил второклассную церковную школу. По окончании Казанской гимназии был назначен учителем в церковно-приходскую школу села Батырево. В 1898 г. при епископе Никандре (Молчанове) поступил в число послушников Симбирского архиерейского дома. Прожив четыре года в архиерейском доме, Григорий в 1902 г. выдержал экзамен на псаломщика и был определён псаломщиком к Симбирскому архиерейскому дому. В 1904 г. поступил на миссионерские курсы при Казанской духовной академии (при Спасском монастыре) и тогда же был рукоположен в сан диакона епископом Гурием. В 1907 г. рукоположен во иереи архиепископом Симбирским Иаковом (Пятницким). Пробыв священником восемь лет, овдовел. Состоял на миссионерской службе в чувашских селах Туруново, Трехизб-Шемурша, Пандиково, Чурачики, Новочелны-Сюрьбеево. В 1921 г. поступил в Петроградский богословский институт, по окончании которого в 1924 г. был пострижен в монашество. 31 декабря 1924 г. Святейшим Патриархом Тихоном был рукоположен во епископа Ибресинского, викария Ульяновской епархии. 12 апреля 1925 г. подписал акт о передаче высшей церковной власти митрополиту Крутицкому и Коломенскому Петру (Полянскому). С 1925 по 1927 гг. временно управлял Алтырским викариатством. С 1927 г. – епископ Бугульминский, викарий Самарской епархии. С 1927 г. – епископ Бугурусланский. С 1928 г. – епископ Кузнецкий, викарий Томской епархии. В 1929 г. – епископ Томский и Алтайский. С ноября 1930 г. по 14 июля 1931 г. – епископ Омский и Павлодарский. В 1931–1932 гг. – епископ Никольско-Уссурийский и временно управлял Приморской и Владивостокской епархиями. В январе–октябре 1932 гг. – епископ Барнаульский, временноуправляющий Бийско-Алтайской епархией. С 19 сентября 1932 г. – епископ Благовещенский. С 1935 г. уволен на покой. Арестован в Барнауле. Находился в заключении в концлагере в городе Свободный (ранее – Алексеевск) Амурской области. Был осужден «тройкой» за контрреволюционную пропаганду, приговорен к высшей мере наказания и 2 ноября 1937 г. расстрелян в лагере. Постановлением Священного Синода РПЦ от 17 июля 2001 г. о канонизации новомучеников и исповедников причислен в лику святых, память 20 октября. (М.Е. Губонин. Акты Святейшего Патриарха Тихона и позднейшие документы о преемстве высшей Церковной власти 1917–1943.  – Указ. соч. – С. 969).

18. Митрополит С.-Петербургский и Ладожский Иоанн. Церковные расколы в Русской Церкви 20-х и 30-х годов ХХ столетия. – Сортавала, 1993. – С. 63.

19. Л.Ю. Браславский. Православные храмы Чувашии. – Чебоксары: Чувашское книжное издательство, 1995. – С. 151.

20. Некоторых из насельников обители епископ Алатырский Митрофан заранее предупредил, что монастырь будет закрыт. Они несли свое служение в других местах. В их числе – иеромонах Иоасаф (в миру Иоанн Додонов). Это был кроткий и смиренный монах. Родился он в пятидесятых годах XIX века в селе Балтинка Сеченовского района. После смерти жены ушел в Алатырский Троицкий монастырь, после закрытия которого служил священником в селе Новацком, а затем по немощи оставил служение. Его арестовали в селе Майданы на престольный праздник Тихвинской иконы Божией Матери и отвезли в Сеченово; оттуда арестованных повезли в Арзамас, где вскоре отец Иоасаф был замучен (Мученики, исповедники и подвижники благочестия Российской Православной Церкви ХХ столетия. Жизнеописания и материалы к ним. Книга 1. – Тверь: Булат, 1992. – С. 168–212).

21. См. сн. 12.

22. Обычай хоронить усопших в долбленых из цельного ствола колодах восходит к глубокой старине, по крайней мере, ко времени основания и первым десятилетиям существования Свято-Троицкой Алатырской обители, к концу XVI–началу XVII века.

23. См. сн. 12.

24. Точно 240 пудов и 10 фунтов (Описание Алатырского Троицкого монастыря. Архив профессора К. Невоструева. – Указ. соч.).

25. Л.Ю. Браславский. Православные храмы Чувашии. – Чебоксары: Чувашское книжное издательство, 1995. – С. 329.

26. 10 октября по церковному календарю совершается память преподобного Вассиана (по гражданскому – 23 октября).

27. Алатырский Свято-Троицкий мужской монастырь и его подвижник схимонах Вассиан. С присовокуплением чудес, совершившихся на его могилке. – Указ. соч. – С. 34.

28. Известное событие, когда с территории монастыря долгое время не могли убрать сорокаметровую трёхтонную металлическую трубу. Она принадлежала соседней фабрике, и недоброжелательные соседи не торопились её убирать, хотя и постоянно обещали. И вот однажды несколько пожилых женщин пришли к ктитору монастыря Владимиру Ананео (ныне – насельник обители схимонах Трифон) и попросили разрешения самим, вручную, убрать трубу. Молясь Богу и Его угоднику схимонаху Вассиану, они наконец перекатили громадную трёхтонную трубу с железными приваренными скобами прямо к помещению соседней фабрики.

29. Николай Гурьянов, протоиерей (1909–2002), служил настоятелем храма Святителя Николая на острове Залит на Чудском озере. В 30-е гг. Николай Гурьянов прошёл тернистым путём исповедника, был арестован и претерпел лагеря и ссылки. В 1942 г. он был рукоположен в священный сан. Служил на различных приходах, в 1958 г. был назначен настоятелем храма Святителя Николая на острове Залит. Здесь прошли 44 года его пастырского служения. Здесь он стал тем, кем знали его православные верующие России и зарубежья – батюшкой Николаем, старцем с острова Залит.

30. Описание исцелений от воды из колодца схимонаха Вассиана приведены в главе «Возвращение святынь».

31. См. главу «И тысячи вокруг Тебя спасутся».

32. До закрытия монастыря Сергиевская церковь была значительно меньше, современный её размер сложился из собственно церкви и бывших покоев настоятеля. В настоящее время покои наместника находятся в другом здании монастыря.

33. Когда все уже было приготовлено, руководитель бригады дерзко предложил отцу наместнику монастыря лично покрутить ручку и взорвать здание. Отец Иероним конечно отказался, тогда полковник МЧС самоуверенно сделал нужное движение, раздался взрыв, на несколько минут всё здание покрыло облако пыли, а когда рассеялось... Здание даже не шелохнулось! Куда делась самонадеянность неверующего полковника? Покраснев и что-то пробормотав в своё оправдание, он бросился исправлять оплошности своих расчетов. В результате, смирившись, здание подрывники разбирали вручную.

34. См. сн. 13.

35. См. сн. 17.

36. Митрофан (Гринев), епископ Алатырский. Родился 17 января 1873 г. Окончил Николаевскую военную академию. 12 июня 1919 г., после пострига в монашество, рукоположен во иеродиаконы. 14 мая 1920 г. рукоположен во иеромонахи. Упоминается архимандритом и настоятелем Задонского монастыря. 27 июня 1921 г. хиротонисан в епископа Аксайского. В 1923 –1927 гг. находился в заключении в Соловецком лагере. С 16 сентября 1927 г. – епископ Алатырский, викарий Ульяновской епархии и временно управляющий Чувашской епархией. С 29 октября 1930 г. –  епископ Ульяновский. 16 июня 1933 г. уволен на покой. С 12 ноября 1935 г. – епископ Арзамасский. Скончался в 1939 или 1940 г. в Архангельской области. По жизни был аскет, постник и усердный молитвенник. В храм и другие места ходил всегда пешком, подражая в этом апостолам. В церкви бывал ежедневно. Очень любил читать акафисты. Когда он молился, то весь погружался в молитвенное состояние и не замечал окружающей его обстановки. Христа Спасителя, Пречистую Матерь и святых угодников любил чистосердечно и по-детски. После каждой службы обязательно говорил поучение. Речь его была простая, ясная и доступная. Говорил исключительно о Христе, Божией Матери и о жизни святых. Людям всегда был доступен. Всех он старался согреть отеческой лаской и любовью. Народ его любил и уважал. Болезни телесные, которые в последние годы его жизни особенно посещали, он переносил безропотно, с полной преданностью воле Божией. (Списки архиереев 1897–1944 гг. Патриарха Алексия. – С. 19, 47; Протопресвитер М. Польский. Новые мученики Российские. Первое собрание материалов. –  1949 . – С. 168.).

37. Е. Полищук, На земле Чувашии // Журнал Московской Патриархии. – 2001. – №8.

38. Из слова, сказанного архмандритом Иеронимом в декабре 1999 г. в интервью православной программе радио г. Симбирска.

39. В.Э. Красовский, Алатырский Свято-Троицкий мужской монастырь Симбирской епархии. Историко-археологическое описание. – Указ. соч.

40. Описание Алатырского Троицкого монастыря. Архив профессора К. Невоструева. – Указ. соч.

41. Казанская Ключевская пустынь Саранской епархии, действующая с 1994 г., основана в 1708 г. как подворье Алатырского монастыря. Находится близ села Тургенево Ардатовского района Мордовской Республики, в 15 километрах от г. Алатыря. Наместник – игумен Иларион (Царёв).

42. Ныне – село Тургенево Ардатовского района Мордовской Республики.

43. В.Э. Красовский. Алатырский Свято-Троицкий мужской монастырь Симбирской епархии. Историко-археологическое описание. – Указ. соч. С. 14.

44. Там же. – С. 15.

45. Там же. – С. 17–18.

46. Все украшения, ризы и киоты были конфискованы в 20-е годы большевиками.

47. Иезекииль, архимандрит. Известно, что он будучи иеромонахом, участвовал военным священником на флоте в Греции во время Турецкой войны, «за ревность в своем роде» награждён был золотым наперсным крестом на Георгиевской ленте. С 1824 г. – наместник в Новгородском Юрьевом монастыре, в 1831 г. снова служил военным священником на флоте в Греции, в 1840 г. – игумен, наместник Новгородского Кириллова монастыря, с декабря 1844  по 1853 гг. – архимандрит, настоятель Свято-Троицкого Алатырского мужского монастыря. Во время его управления обителью случилось чудесное избавление после молебна у чудотворной Казанской иконы Божией Матери города Алатыря от эпидемии холеры в 1848 г., после чего в том же году к Сергиевской церкви был пристроен придел в честь Казанской иконы Божией Матери и освящён 2 сентября 1849 г.

48. За время гонений похищены и риза, и мощи святых.

49. Свято-Духовская пустынь, до закрытия в советское время приписная к Свято-Троицкому Алатырскому монастырю. Расположена на берегу реки Суры. Основана в начале XVII столетия. В 1764 году Свято-Духовская мужская пустынь была упразднена. В 1796 году, по общему желанию граждан города Алатыря была приписана к Алатырскому Свято-Троицкому монастырю. Возрождением Духовской пустыни в 30-е годы XIX века руководил настоятель Свято-Троицкого монастыря архимандрит Арсений (Соловьев). Имелись храмы Святого Духа и мученика Иоанна Воина, построенный на месте упразднённой церкви Иверской иконы Божией Матери. Проживали несколько человек монашествующих из числа братии Троицкого монастыря, более склонных к созерцательной жизни. В 1906 году, после пожара в Свято-Троицком монастыре, братия обители на время восстановительных работ перешла на жительство в Духовскую пустынь. Ныне Свято-Духовская пустынь находится в крайнем запустении, все церкви и здания разрушены в советские годы.

50. Из записок прихожанина монастыря из г. Симбирска Игоря Горемыкина, находятся в монастыре.

51. Там же, 2002 г.

52. Там же, июль 2002 г.

53. Письмо от Александры из г. Димитровграда от 2 сентября 2003 г., находится в монастыре.

54. Письмо от Елизаветы Львович из Израиля от 16 мая 2003 г., находится в монастыре.

55. Письмо от А.А. Казамановой из г. Балаково от 8 ноября 1997 г., находится в монастыре.

56. Письмо от монахини Ирины (Полищук) от 2 апреля 2003 г., находится в монастыре.

57. Письмо от Владимира, написанное летом 1999 г., находится в монастыре.

58. Копия страницы письма Татьяны Ненилиной с описанием исцелений, написанного в феврале 2004 г., находится в монастыре.

59. Наместнику монастыря архимандриту Иерониму схимонах Вассиан явился таким же, как и на старинных изображениях, с тонкими чертами лица, словно бы был он не простого, но благородного происхождения. Митрополит Варнава тоже созерцал в видении схимонаха Вассиана, не одного, а с другим старцем, о котором схимонах Вассиан сказал, что лежат они рядом (из аудиозаписи беседы отца Иеронима с братией).

60. В архиве монастыря хранятся расшифровки аудиозаписей бесед священника Киево-Николаевского женского монастыря иерея Олега Вострикова с несколькими алатырцами, кто мог ещё помнить, куда и кем были перенесены мощи схимонаха Вассиана из монастыря.

61. Тропарь из рукописной службы преподобному Вассиану Алатырскому чудотворцу (архив Свято-Троицкого Алатырского мужского монастыря).

 
#fc3424 #5835a1 #1975f2 #0556a1 #425187 #5f41ea