Вход

Контакты и реквизиты

Адрес: Чувашская республика, г.Алатырь, пл.Октябрьской революции 1

E-mail:

Банковские реквизиты:
Местная религиозная организация
православный Приход храма Рождества Пресвятой Богородицы
г.Алатырь Чувашской Республики
429800 Чувашская республика, г.Алатырь, пл.Октябрьской Революции 1
Расчетный счет №40703810475070100107
Корр. счет №30101810300000000609
БИК 049706609 ИНН 2122002312
в Чувашском ОСБ 8613 г.Чебоксары
с пометкой "для Фонда"

Новости Православие.Ру

Православный благотворительный фонд «Алатырь»
"Сказка" и воспоминания о лагере Елены Краснопевцевой

«Сказка»

Эту сказку рассказал мой дедушка, когда я была еще маленькой.

В одной деревне жили богатые люди. Тучные стада паслись на заливных лугах. Плодородные поля приносили богатый урожай. Крепки и просторны были их избы. Звонко неслись по просторам песни на гуляниях и шумных свадьбах. Румяная и весёлая детвора резвилась на улицах, мирно беседовали старики, любуясь на детей и внуков.

Но вот настали трудные времена: град и саранча уничтожили посевы, моровая язва поизвела весь скот. Даже грибов и ягод не стало в лесах. Пусто стало на улицах: не играли больше свадеб, не слышалось звуков пастушьих рожков, выгоняющих стада на пастбище, даже, казалось, птицы притихли и не стрекотали кузнечики в полях. Все чаще на погост потянулись траурные процессии.

Собрались как-то все сильные мужики на сходку – решать, что же делать? Долго думали и рядили, а потом решили, что не прокормить им стариков и решили от них избавиться. Хоть и жалко было, а кто в лес заведет, да там и оставит, кто в лодку посадит, да по речке пустит, а кто подальше в поле заведет. Только один мужик ослушался, спрятал отца в подпол и последним с ним делился. Но однажды пришел сын к отцу и заплакал:

- Видно, пришло время нам помирать. Пришла весна, а мы всё зерно для посева уже дано на муку извели. Во всей деревне и горсти не сыщешь.

- Ничего, сынок, не горюй. Уже солнышко греет, глядишь – не замерзнем. А ты с крыши-то солому сними, да и выбери из колосков зерна для посева, а солому в печи хорошенько пропарь, вот и похлёбка получится.

Да уж тут из земелюшки, солнцем согретой, повылезли травки полезные и съедобные, и старик подсказал, какие травы собирать надо.

Так мужик и сделал, и семью спас и соседям подсказал. Зауважали мужика за добрые советы, стали просить его головой, значит, главным в деревне быть. Тут мужик и повинился перед всеми, что ослушался, а головой не ему, а отцу надо быть: его мудрость и смекалка спасла всем жизнь. Поклонились тут все старику тому, да и стали с тех пор старых людей пуще ока беречь и хвалу воздавать.

 

 

 

Получая наставления перед поездкой в Сурский Майдан, руководитель лагеря о.Владимир говорил мне о замечательных людях села, его богатой истории и традициях, сохраненных в глубинах сердец старых людей.

Некогда процветающее, как в той сказке село, пришло в упадок. И страшно было смотреть на ржавеющую технику в кустах, заросшее крапивой и лопухами придорожье. Как-то жалко выглядит немногочисленное стадо овец и коз, всё в колтушках и репьях, хотя раньше (по рассказам) так было много скотины, что лопухи не успевали дорасти до репьев. Разбитые окна клуба, через которые проглядывал стенд «Они сражались за Родину» с вырванными фотографиями говорили о заброшенности и никому ненужности. А в магазинах – всё тот же набор пепси, фанты, чупа-чупсов…

О.Владимир наставлял нас, чтобы мы не упустили главного, говорил о том, что важно все осмыслять – это необходимо для внутреннего нашего роста. Только здесь, в селе, мне особенно стало заметно наше московское лицо: дети, да и взрослые были похожи на скрученные пружины, очень суетные, многоглаголивые, шумные – желающие перекричать друг друга, все, как будто, нацеленные на внешний эффект. Та деревенская тишина, которая нас обняла, тот молитвенный ритм с утренним и вечерним правилом, тихое слияние природы и людей, мирное и неторопливое течение времени, все это принимала душа, но из-за нашей внутренней напряженности и неумения самим войти в эту тишину, принималось нами с трудом. Только здесь я вдруг обнаружила, что для того, чтобы стать хотя бы на какое-то время не захватчиком, а частью этого мира, надо быть готовым не нарушить веками устоявшийся в селе уклад. Для нас это было школой. Школой, где перед каждым ставилась задача – каждой минутой преодолевать себя и свои желания. Школой, где мы учились смирению, а не вольности. Школой, где каждому находилось конкретное дело по силам: и родителям, и их детям.

Конечно, наши слабые потуги собрать материал по традиционной культуре С-Майдана, наверное, не представляют ценности, значения, но мне кажется, что это не столь важно. Важно другое. Важно, что всеми забытые жители села увидели вдруг неподдельный интерес москвичей к своей жизни, быту, семейным ценностям, увидели, что они кому-то еще нужны. И то уважение, которое они читали своим мудрым сердцем в наших глазах, и те общие молитвы в храме, и вечерние концерты и прощальное застолье, где собралось почти все село, доказывало, что оба поколения - и молодое, подрастающее, и уходящее в вечность, необходимы друг другу. И только всем вместе: опытным, уже прожившим жизнь, и только еще учившимся жить - всем молиться друг за друга, за аждого пришедшего в этот мир, а, значит, и за нашу тихую Родину, которая сегодня как никогда очень нуждается в нашей о Ней заботе.

рук. группы Елена Краснопевцева

 
#fc3424 #5835a1 #1975f2 #0556a1 #425187 #5f41ea